Книга Цветы пустыни, страница 89 – Влада Ольховская

– Скучный он, да? – сочувствующе спросил у Таисы Гарик.

– Не то слово… А вот то, что наш перевертыш мог пролезть в окно, – то слово! Ребята, он бежал здесь, я уверена.

Уверенность была необоснованной, но Матвей допускал, что Таиса права. Да, этого типа никто не подстраховывал – из людей. Но он был достаточно предусмотрительным, чтобы вместо настоящего мусора положить здесь мешки с чем-нибудь мягким. Да и потом, он только что обрек пятерых жертв на мучительную смерть, он все еще испытывал прилив адреналина. Он наверняка провернул этот трюк намного быстрее и уверенней, чем Таиса.

Гарик не стал дожидаться никаких указаний. Он сам набрал номер одного из своих многочисленных знакомых и уже отсыпал комплименты. После такого обычно следовала просьба сделать что-нибудь лишь отчасти законное.

Им нужно было добыть номер машины, узнать, чья она, в идеале – вычислить убийцу. В полиции такое, может, предъявить и не получится, но они, по крайней мере, будут знать.

Пока они ждали ответа, Таиса предложила пообедать, ресторанов на этой улице хватало. Гарик с энтузиазмом согласился, но его можно было не спрашивать. Матвей покинул их, сославшись на дела.

Дел у него не было, просто хотелось одиночества. То ли он и правда вымотался с заданиями, накладывающимися друг на друга, то ли Форсов прав и следовало бы возобновить терапию, то ли… о третьем варианте он себе думать запретил.

Он нашел офисное здание с кафе на крыше. Там в такое время было почти пусто, Матвей сумел устроиться за дальним столиком, спиной к залу, и на секунду поверить, что он в мире один. Раньше это помогало, сейчас – очищало, но желания окончательно не гасило.

Он задержался там, не знал пока, что делать дальше, когда мир напомнил о себе голосом Гарика в телефоне.

– Есть две новости, хорошая и плохая. Я начну с хорошей.

– Обычно предлагают выбор.

– Если ты выберешь неправильно, у меня сюжетная композиция рухнет, – пожаловался Гарик. – Так вот… Хорошая новость в том, что этот дегенерат все-таки прокололся и использовал собственную машину. Сначала мы определили все номера, потом – владельцев авто, посмотрели на фото, и один чувак подошел нам прямо-таки идеально.

– То, что он похож на преступника, не означает, что это действительно был он.

– Ага, и на парковке он в нужное время оказался случайно! Таиса со мной согласна, за нами большинство, так что не спорь.

– Профайлинг так не работает, – вздохнул Матвей. – Но попробуем разобраться с вашей версией. В чем плохая новость? Он недоступен? Чей-нибудь сын-муж-брат?

– Он недоступный сын-муж-брат очень крутой семьи, но проблема даже не в этом. Проблема в том, что он с апреля немножечко мертв, так что поговорить с ним уже не получится.

* * *

Сначала Таиса решила, что Гарик торопится с выводами – не может человек, спланировавший идеальную диверсию в клубе, попасться так легко! Но потом она внимательно изучила фото Александра Тецерского, его бурную биографию и историю смерти. Тогда Таисе и пришлось признать, что Гарик был прав с самого начала.

Свое благородное имя Александр Тецерский недолюбливал, предпочитая простецкое «Саня». Он и сам так представлялся, и окружающим запрещал обращаться к нему иначе. Саня Тецерский был сыном человека весьма обеспеченного, пусть и не олигарха, но достаточно богатого, чтобы вырастить единственного сына избалованным мажором.