Книга Цветы пустыни, страница 90 – Влада Ольховская

Вечно бунтующий и не слишком умный Саня сменил пять школ. Сначала его еще удавалось пропихнуть в элитные гимназии. Но потом репутация полуграмотного агрессивного скандалиста сделала свое дело, и даже деньги Тецерского-старшего не могли открыть двери более-менее приличных учреждений. Базовое образование Саня кое-как выцарапал в самой обычной школе.

Отец попытался увлечь его продолжением учебы, вовсю рассказывая про веселую студенческую жизнь. Но Саня веселую жизнь получал безо всяких университетов. Он то ездил на курорты, то зависал в ночных клубах, он искренне не понимал, зачем ему становиться студентом, если у него и так все хорошо.

Родители попробовали перекрыть поток финансов, а других источников дохода у Сани не было. Они надеялись, что хотя бы это заставит непутевого сына задуматься о будущем. Но, как и большинство паразитов, Саня был хоть и не слишком умным, а хитрым, он быстренько порезал себе вены. Действовал скорее декоративно, без особого риска умереть, однако обожающим его родителям этого хватило. Отец сам себя успокоил мыслью о том, что сын перебесится, ему просто нужно время, и оставил Саню в покое.

Выяснить, способен ли Тецерский-младший с годами перебеситься, так никому и не удалось: в возрасте двадцати лет Саня умер от передозировки наркотиков. Уже это обернулось скандалом для уважаемого семейства, а дальше стало только хуже.

Отец Сани не поверил, что его сын мог умереть так глупо. Тецерский-старший решил, что его мальчика убили, и нанял целую группу частных детективов, чтобы установить возможную причину. Они, конечно же, влезли в компьютер и смартфон Сани. Там обнаружилось такое, что мать погибшего за пару дней поседела. Тецерские в срочном порядке прекратили расследование и запретили публиковать обнаруженные данные, но было уже поздно. Детективы взяли деньги, а потом благополучно слили скандальную информацию журналистам. Определить, кто из них это сделал, так и не удалось, да и опозоренной семье было уже не до того.

Саня отличался очень специфическими фантазиями. В его гаджетах нашли ссылки на форумы Даркнета, специализирующиеся на пытках и некрофилии. Саню возбуждали не трупы как таковые, а процесс умирания, желательно – медленный и мучительный. Особое удовольствие ему доставляло обсуждать с такими же энтузиастами, как он, последствия тяжелого отравления. Это было его фетишем. Он не скрывал, что мечтает отравить человека, но так, чтобы жертва умерла не сразу.

Впрочем, доказательств того, что Саня проделал нечто подобное, в компьютере не нашлось. Полиция сочла, что это просто дурь недалекого наркомана, так что дело завершилось скандалом, но не расследованием.

– Его убрали, – сказал Матвей, изучив короткую, но впечатляющую биографию Тецерского. – Сам он был слишком глуп, чтобы замести следы настолько идеально. Или это вообще не он.

– Ты и такой вариант допускаешь? – удивилась Таиса. – А его смерть меньше чем через месяц после отравления в клубе и некрофильские фантазии – просто совпадения?

– Не совпадения. Но уровень организации насколько хорош, что я допускаю, что Тецерского могли использовать как отвлекающий маневр, чтобы скрыть настоящего исполнителя.

– Да нет, скорее, он, – заметил Гарик. – Там на кадрах этот упырь в юбочке, похоже, искренне радуется. Чего гадать? Давайте проверим!