Книга Зимнее солнце, страница 45 – Влада Ольховская

— Не думаю, что это гармонично дополнит фильм, посвященный ее памяти.

— Вы реально собрались фильм снимать? — поразился Серенко. — Там же ничего не было! Заблудилась в лесу, умерла по дурости… Что тут расследовать?

— Получается, она была первой и единственной? — допытывалась Таиса, стараясь не обращать внимания на ощутимый запах изо рта собеседника. У ловеласа были серьезные проблемы с желудком, но он то ли не знал об этом, то ли не считал такие мелочи проблемой при обольщении. — Никто больше за этот год не пропадал?

— Да вы фантастику тут снимать собрались! — расхохотался Серенко. — Маленькая деревня, злой лес… и маньяк, наверно, есть? Будет маньяк? Конечно, никто тут не пропадал! Тут так мало народа живет, что все на виду, заметили бы… Да вот, одна продавщица сдуру замерзла — какой шум поднялся!

И все это можно было бы счесть обычным хамством недалекого человека, если бы Таиса просто слушала его, не наблюдая. Однако она следила за его лицом, за взглядом… Ее не покидало чувство, что Серенко знает больше, чем говорит. И озабоченного идиота он изображает скорее для того, чтобы ему не задавали серьезных вопросов.

Он не спешил отказываться от этой роли, наклонил голову чуть ниже, странно улыбнулся. У Таисы было такое чувство, что ее маслом облили — теплым, липким, расползающимся по коже… Она не знала, есть ли способ выкрутиться из этой ситуации без конфликта. Ей не пришлось даже пытаться.

— Что здесь происходит?

Она не представляла, что будет рада слышать голос Гарика — да еще так скоро. Но стоило словам прозвучать, как Серенко мигом отскочил от собеседницы, будто ошпаренный.

Потому что это Таиса была выше его всего на полголовы. Гарик выглядел как человек, который из него самого чучело сделает без особых усилий. Рядом с Матвеем таксидермиста-любителя можно было и не заметить, наверно…

— Григорий заблудился, — грустно сообщила Таиса.

— Ты не могла указать блуждающему человеку, где дверь находится?

— Могла. Но нужно было послушать, как он трупы животных опилками набивает. Это важно.

— Да ну?

Таиса с непроницаемым лицом кивнула:

— И еще сообщить ему, что мы с тобой и Матвеем не просто коллеги, а еще и любовники. Днем мы снимаем документальные фильмы, а ночью извращенно соображаем на троих. Но нам нужны разные дома, потому что вы двое очень громко храпите, а я такое не люблю.

— То есть, сообщила базовую информацию, необходимую при любом знакомстве?

— Ага.

Они и правда обсуждали все это обыденно, будто им не впервой было рассказывать незнакомцам о небанальном способе организации личной жизни. От такого Серенко окончательно ошалел, он сам двинулся к двери, но выйти попросту боялся — путь преграждал Гарик.

Гарик же обратился к нему:

— Мы, в принципе, открыты к предложениям такого рода, но только если вы женщина. По мужчинам у нас и так перебор. Вы в каком-нибудь смысле женщина?

— Я… не… Мне нужно идти! Я вас встречать пошел, оставив дом незапертым, а вы меня заболтали тут! Удачного отдыха… или чем вы там планируете заниматься…

Серенко все же сумел протиснуться в дверь, не касаясь Гарика, и скоро в коридоре зазвучали торопливые шаги. Гарик дождался, пока хлопнет входная дверь, и только после этого ухмыльнулся.

— Мы реально спим вместе?

— Даже не надейся.

— Очень зря. Узнала у него что-нибудь?