Книга Зимнее солнце, страница 47 – Влада Ольховская

Теперь ему было стыдно, и радовался он лишь тому, что Матвею вряд ли известно о подобных переговорах. Коля Форсов не из тех, кто злорадствует таким образом… Он сохранил это в тайне ради Матвея, не ради Наумова, но результат ведь один и тот же. Лишь поэтому Олег сейчас мог разговаривать с Матвеем спокойно, не отводя взгляд.

Но какой все-таки контраст между прекрасно развитым, безупречно одетым, ухоженным мужчиной, работающим у стола, и тем безнадежно уничтоженным ребенком… Коля никогда не говорил о таком, однако он наверняка считал Матвея своим лучшим творением, главным профессиональным достижением. И не без причины.

Гарик же, в свою очередь, вообще не изменился. Но Гарик вряд ли когда-либо поменяется, он и перед смертью анекдот расскажет. Куда важнее было не то, как он себя вел, а то, что он делал… Он все еще работал, не удрал, и это тоже прогресс.

Что же до девушки, то ее Олег встретить не ожидал, он вообще о ней никогда не слышал. Это быстро прояснилось: ему сказали, что Форсов только-только взял третью ученицу, для нее это дебют. Олег не был уверен, что решение удачное. Девушка больше походила на какую-нибудь голливудскую актрису, чем на серьезного ученого, разве есть смысл тратить на нее время? Похоже, Матвей думал так же и не скрывал этого. Хотя вряд ли он догадывался, что когда-то тоже был безумным решением Форсова, в которое никто не верил.

Матвей наконец отстранился от мертвого тела, но резиновые перчатки не снял.

— Я не вижу у нее следов длительного обморожения, — сказал он. — Полиция считает, что она сначала долго шла сквозь метель, постепенно замерзая, и только после этого сняла одежду. Но мне кажется, что она находилась в тепле до последнего, потом разделась и сразу побежала.

Что ж, кто-то его действительно хорошо обучил после того, как Олег отказался это делать.

— Мне тоже так показалось, — кивнул Наумов. — Но возможны варианты. Тело слишком сильно травмировано.

— Так что за травмы? — поинтересовался Гарик. — Она все нанесла сама? Никакого насилия со стороны?

— Я не нашел, — ответил Матвей.

Когда они пришли, у Олега сложилось впечатление, что они в ссоре. Возможно, так и было, но Матвей оказался слишком умен, чтобы распространять личную неприязнь на работу.

— Потому что нечего находить, — устало пояснил Наумов. — Она точно бежала через лес, поскальзывалась, падала на лед, один раз напоролась на ветку. Часть травм она заработала тогда. Ну а основное — когда забиралась на сосну. Вы видели фотографии?

Дерево, на котором нашли несчастную, было огромным — и совершенно неподходящим для того, чтобы по нему лазили люди. Метра на три от земли ствол был почти гладким, без крепких веток. Чтобы подняться по нему, Даше пришлось бы всем телом прижиматься к замерзшей коре. Девушка это и делала: карабкалась наверх, ломая ногти, разрывая кожу… Полосы крови остались по всему стволу, заметенные снегом. Даша была одна в темноте, в плену метели, далеко от людей, она наверняка чувствовала себя потерянной — и все равно сражалась за свою жизнь до конца.

Жаль, что это ничего для нее не изменило.

— Как она вообще в таком состоянии так высоко забралась? — удивился Гарик.

— Думаю, она не чувствовала боли, — тихо сказала девушка. Олег пока не запомнил ее имени. — Тут и мороз, и страх свою роль сыграли… Она была очень напугана. Иначе я все это объяснить не могу.