Книга Призрак Викария, страница 153 – Эрик Фуасье

В конце концов Валантен, продолжавший свой путь, сумел отрешиться от окружающего мира и сосредоточиться только на размышлениях о личном. Нетрудно догадаться, что связаны они были с противоречивыми отношениями между ним и Аглаэ. Только что на кухне в своей квартире у Валантена возникло четкое ощущение, что невидимый барьер отделяет его от всех троих присутствовавших там. Как будто никто, кроме него одного, не понимал реальных масштабов угрозы, не чуял кровожадного зверя, кружившего во тьме. На мгновение инспектор даже позавидовал беззаботности своего помощника и тому, как быстро он поладил с обеими женщинами. Для него, Валантена, все было бы куда проще, если бы на его плечи каждую секунду не давил страшный груз, если бы он мог похоронить навсегда свое кошмарное прошлое. Тогда можно было бы все бросить и уехать очень далеко, как предлагала ему Аглаэ, когда он заходил к ней в прошлый понедельник…

Валантен невольно взмахнул рукой, будто отгоняя эту последнюю никчемную мысль, как назойливое насекомое. Не время было предаваться бесплодным мечтаниям. Сейчас ему требовалось сохранить ясность ума и хладнокровие для встречи с противником, который, сам того не зная, уже спешил на встречу с ним. Ибо в этот раз инспектору не понадобилось выслеживать и загонять зловредную тварь – она, в отличие от Викария, сама вылезла из леса; теперь достаточно было просто дождаться ее в нужном месте. Уверенность в скорой развязке дела д’Орвалей придала Валантену бодрости и помогла избавиться от лишних переживаний. Глубоко вдохнув весенний воздух, он постарался окончательно очистить сознание, чтобы подготовиться к решающей схватке. Час истины и правосудия вот-вот должен был пробить.

В квартире Марии Попельской ничего не изменилось с тех пор, как он покинул ее прошлой ночью. Переступив порог, Валантен бросил взгляд на карманные часы. Было без двадцати двенадцать. Если балерина верно передала ему слова Оврара, ждать оставалось недолго.

Чтобы занять время, он перенес стол и стул в тот угол первой комнаты, который не просматривался от входной двери, и выложил на полированную столешницу фляжку со старым арманьяком, пару наручников и свою трость-шпагу, на которой заранее повернул кольцо под набалдашником так, чтобы можно было быстро выхватить клинок. Особого сопротивления от убийцы инспектор не ожидал, тем не менее, рассудив, что береженого Бог бережет, он достал пистолет и осмотрел спусковой механизм. Это было так называемое дорожное оружие с двумя кремнёвыми замкáми и двумя стволами. Проверяя заряд, инспектор вспомнил, что химические опыты двух исследователей – аптекаря Воклена и врача Бертолле – позволили заменить селитру в составе пороха на более эффективные взрывчатые вещества, такие как фульминат серебра и фульминат ртути, которые называют «гремучими». Их работы также позволили изрядно усовершенствовать ударно-кремнёвый замóк огнестрельного оружия.

Эти мысли вернули его в годы страстного увлечения естественными науками и фармацевтикой. Он подумал о своем давнем наставнике, знаменитом профессоре Пеллетье, первооткрывателе хинина. Этот чудесный человек наверняка пришел бы в ужас, увидев, чем теперь занимается его бывший ученик. Пеллетье всегда надеялся, что Валантен пойдет по его стопам и окажется в одном ряду с великими учеными и благодетелями человечества. Да, ему бы не понравилось узнать, что сейчас блистательный юноша, к которому он питал почти отцовские чувства, занят столь грязной работой – расставляет ловушку, чтобы схватить глубоко порочного человека. Однако закончить это расследование Валантену удалось именно благодаря знаниям, полученным от его прославленного учителя. Он не сомневался, что в скором времени наука станет не менее мощным оружием, чем его стальной клинок и самые совершенные пистолеты, в борьбе с преступностью ради утверждения порядка и справедливости.