Книга Бюро темных дел, страница 43 – Эрик Фуасье

Благодаря отцовским записям Валантен шел по следам Викария, запачканным кровью убитых им невинных жертв, и постепенно впадал в беспросветную печаль, мало-помалу перешедшую в депрессию. Он замкнулся в себе, погрузившись с головой в подавленное состояние, из которого мог бы уже не вынырнуть, если бы не проснувшееся желание продолжить дело отца. Оно-то и вывело его из прострации. В глубине души созрела убежденность в том, что он обязан принять эстафету. Теперь он был уверен, что отныне никто, кроме него, не сможет прийти на помощь Дамьену. Только смерть Викария вырвет мальчика из тенет вечной ночи.

На колокольне церкви неподалеку прозвонили девять раз. Этот звук, странным образом приглушенный густым туманом, донесся до Валантена как сквозь вату и отвлек его от раздумий. Молодой человек обнаружил, что уже довольно давно бредет в этом мареве, потеряв все ориентиры, наугад, касаясь тростью фасадов домов, чтобы не свернуть с тротуара. Он остановился и попытался понять, где находится. В тот же миг ему показалось, что за спиной прозвучало и смолкло эхо чужих шагов: кто-то тоже остановился, с небольшой задержкой. Валантен замер и подождал в полной тишине. Больше никаких звуков не было слышно. Вероятно, ему просто померещилось, или туман создал такой странный резонанс его собственных шагов.

Таблички с названиями улиц было не разглядеть, так что молодой полицейский решил довериться чутью и продолжить путь наобум. Ему достаточно следовать по улицам, ведущим слегка под уклон, чтобы выйти к набережным Сены, а там будет нетрудно сориентироваться и добраться до своего дома на левом берегу. Утвердившись в этом решении, он продолжил нелегкое путешествие в непроглядном мареве.

Однако через несколько сотен метров ему опять пришлось остановиться. Тот же звук прозвучал эхом к его шагам. Можно было подумать, что кто-то следует за ним на некотором расстоянии, подстраивая свой шаг под него. Валантен прислушался. Все было тихо. Ватная тишина, почти осязаемая, заглушала привычные шумы города. «Воображение, что ли, разыгралось?» – нахмурился инспектор. Он хорошо знал дурную репутацию этой части Парижа. Здесь каждую неделю оплакивали новых жертв насилия, порожденного беспросветной нищетой, разъедавшей души. Кражи, разбойные нападения, сведение счетов… А поскольку почти все жертвы были из бедняков или из преступного мира, власти в большей или меньшей степени закрывали на это глаза. Периодически полиция совершала рейды по трущобам, в результате чего удавалось на время распугать девиц легкого поведения, бродяг, беспризорников или, в лучшем случае, арестовать несколько беглых каторжников.

Ни подозрительных звуков, ни движения в тумане уже не наблюдалось, так что Валантен решил продолжить путь. Но теперь он внимательнее смотрел по сторонам и держал ухо востро, не позволяя себе снова погрузиться в размышления. Это позволило ему спустя пару минут различить едва слышный звук, который он, скорее всего, упустил бы, если б не был настороже. На сей раз можно было не сомневаться: подошва чужого башмака звякнула о мостовую. Именно звякнула – металлический звук не мог быть эхом его шагов, это чиркнула по камню специальная набойка, которой укрепляют обувь для калек от рождения с особой патологией ступни. Теперь Валантен был уверен, что кто-то следует за ним по пятам. Более того, незнакомец успел сократить расстояние, с тех пор как инспектор услышал его в прошлый раз. По звуку можно было определить, что преследователь остановился в десятке метров.