Книга Смертельный псевдоним, страница 140 – Наталья Солнцева

Но сначала надо добиться, чтобы Любитель Совать Нос в Чужие Дела вернул украденное. Проклятый проныра! Ему удается многих одурачить.

– Только не меня! – зло прошептал Потрошитель. – На мне ты обломаешь зубы, нахальный ублюдок!

Он встал и занялся привычными делами, находясь в странном возбуждении, какой-то неестественной подвешенности. Временами ему казалось, что он становитсявидимым: люди, его окружающие, могут догадаться, ктоон на самом деле. Он и сам путался. Прежняя жизнь отодвинулась далеко, стала призрачной. Может быть, Потрошитель всегда жил внутри него, искусно скрываясь под вторым дном?

Ему с некоторых пор удавалось смотреть на мир из разных точек – глазами того, кем он считал себя с рождения, и глазами Потрошителя. Первый вариант перестал удовлетворять и радовать. Благополучный с виду, способный, трудолюбивый, умный человек оказался без вины виноватым, не смог снискать заслуженные им уважение и любовь, и вдобавок над ним нависла угроза позора и разоблачения. Этот человек подчинялся правилам, чтил законы и общественное мнение. Он вынужден был оставаться в тени, зализывать раны.

Потрошитель же презирал правила и попирал законы, живя по принципу вседозволенности. Он мстил без рассуждений, без оглядки. Он так же предпочитал находиться в тени, но чувствовал себя по-другому. Он превратился в карающую Тень, неотвратимый призрак возмездия! Из своего мрака он смеялся над копошащимися на свету ничтожными людишками. Никто не в силах понять его, разгадать ход его игры! Никто…

Любитель Совать Нос в Чужие Дела, прилипчивая ищейка! Это он влез в налаженную, спокойную жизнь порядочного человека и сломал ее!

– Ты мне за это заплатишь! – шептал ночами тот, кто назвал себя Потрошителем. – За все заплатишь! Умоешься кровавыми слезами!

День же проходил как обычно, по давно заведенному порядку. Чтобы побывать в своей темной пещере, подвале, где томилась ненавистная узница, Потрошитель улучал подходящее время и, приняв меры предосторожности, спускался туда. Там он обустроил себе тесную каморку, где хранилось все необходимое: одежда Палача, нож, запас снотворного, которое он добавлял в воду для жертвы, кое-какие продукты, кипы газет и ножницы.

Здесь, при угрюмом огне свечи, он вырезал буквы и наклеивал их на тетрадные листки в клеточку, составляя слова и предложения. На этот раз он «написал» следующее: «Будь ты проклят, Наглая Ищейка! Дни твоей сучки сочтены, так что поторопись. Наследство Дениса – тебе известно какое – положишь в пакет и оставишь завтра вечером на троллейбусной остановке у дома Адамовых. Точное время сообщу дополнительно, жди. Обо всем, что накопал по делу хирурга, забудешь! Не вздумай шутить со мной! Тогда девку обратно не получишь никогда. Она будет умирать медленно и мучительно… с каждым стоном и криком проклиная тебя, а не меня! Если выполнишь мои условия, она еще поживет».

Потрошитель не собирался отпускать пленницу. Он еще не наигрался с ней в смертельно-эротические игры. Он еще не видел ее крови, только слезы. А что они значат? Соленая водица. Слезами пощады не вымолишь. Палач – последняя инстанция между Богом и людьми. А продажные твари пощады не заслуживают!

Он закончил послание и прикинул, что бы такое приложить к нему для убедительности. Дабы сделать Ищейку посговорчивее. Волосы! Окровавленную прядь волос несчастной овечки.