Книга Смертельный псевдоним, страница 160 – Наталья Солнцева

Он повернулся, на ощупь нашел дверь, толкнул – не поддается. Что за шутки? Дверь в темницу не могла захлопнуться, она закрывалась снаружи на ржавый железный засов. Попытки выбраться ни к чему не привели.

«Может быть, это один из моих ночных кошмаров?» – подумал Потрошитель.

Иногда ему снились сны, в которых он шел по бесконечным темным коридорам, тщетно пытаясь найти выход. Где-то в глубине этого мрачного лабиринта притаилось чудовище, которое он взрастил в себе и которого сам боялся. Коридоры заканчивались тупиками. Отчаявшись, он изо всех сил стучал по толстым, непроницаемым стенам кулаками, обдирая в кровь руки, мрак сгущался, дышать становилось все труднее. На последнем вдохе он просыпался, весь в испарине, судорожно хватал ртом воздух, не понимая, что лежит в своей постели и что ужас остался там, в ночном беспамятстве.

Потрошитель таращил глаза, но ничего, кроме темноты и смутных очертаний сидящей на топчане фигуры, разглядеть не мог.

«Она не спит», – подумал он, возбуждаясь. Лихорадка вновь охватила его.

– Эй, ты… – произнес он севшим от внутреннего жара голосом. – Готовься к любви… и смерти!

Фигура поднялась во весь рост, Потрошитель скорее угадывал это, чем видел. Вдруг что-то чиркнуло, вспыхнула спичка, и появился свет. Он едва рассеивал мрак. Перед Потрошителем стоял его двойник – Палач, огонь свечи отражался в зрачках, глядящих на него сквозь прорези колпака.

Потрошитель вытащил нож, Палач повторил его движение. Два ножа блеснули в темноте. Ночной кошмар продолжался.

– Это ты? – пересохшими губами вымолвил Потрошитель.

– Я.

– Наконец-то мы встретились.

– Это должно было случиться, рано или поздно. Я пришел за тобой, – хрипло произнес Палач.

– За мной? Но мы же еще… а как же наше пиршество? Мы собирались принести последнюю жертву! Ее кровь смоет наши грехи…

– Ты никогда не остановишься. Я хочу положить этому конец!

Потрошитель в ужасе попятился.

– Кайся! – гремел Палач, наступая. – Или врата преисподней раскроются для тебя прямо сейчас!

– Ка… каяться? Но… разве мы с тобой не вместе? Разве я не исполнял твою волю?

– Кайся… – зловеще шептал Палач, надвигаясь с ножом на Потрошителя.

Тот прирос к полу, сердце бешено колотилось, звон в ушах нарастал: слова двойника слабо пробивались сквозь него. Потрошитель понял одно – надо говорить, убедить Палача, что они проросли друг в друга, слились в непреодолимом желании возмездия, наказания, жертвоприношения во имя очищения мира от скверны! И он заговорил, забормотал, захлебываясь, со свистом втягивая в себя воздух…

– Разве не ты породил меня? Когда я узнал, кем ты был, что делал, я ощутил в своих жилах твою кровь! Я отрицал тебя, но я уже был тобой. Ты прорастал в меня долгие годы… и когда ты умер, я впитал твой дух. Я – твое продолжение во времени. Сначала я не осознавал этого, но потом, когда я обдумывал твою предсмертную исповедь, – день за днем, месяц за месяцем, – я все больше проникался тобой. Прошел год, второй, и я понял, что и ты являлся чьим-то продолжением. Я догадался – чьим! Я понял, что косвенные подозрения по поводу тебя были правильны. Я не мог позволить им стать достоянием гласности. Не столько из-за моей собственной безопасности, карьеры и судьбы, а ради того, чтобы ты жил во мне. Я ощутил наше родство! Мы – хищники!