Онлайн книга «Синдром Медеи»
|
– Нет, не все! – спохватился Ирбелин. – Что за фрукт за ней увивается? Лопаткин, если мне память не изменяет? Глинский уже и сам навел справки, для порядка. Это входило в его обязанности. – Бывший мент. Сейчас торгует на оптовом рынке. – Странный виток карьеры. Почему Лопаткин уволился со службы? Глинский пожал плечами. В подробности он не вдавался: смысла не было. А патрон, похоже, ревнует Субботину к молодому соседу. – Почему люди увольняются? С начальством поругался, или зарплаты не хватало. – Выясни, – потребовал Ирбелин. – Хорошо. Я могу идти? Патрон помедлил, блуждая взглядом по кабинету. – Нет. Что там вчера произошло… в доме? Ты в курсе? Предполагалось, что Жорж понимает, о каком доме идет речь. – Одна из старушек скончалась. Приступ астмы, слабое сердце… В общем, проблема с ее переселением отпала. Вторая бабуля тоже на ладан дышит, у нее случилось что-то вроде инсульта. – Надеюсь, мы тут ни при чем, – жестко произнес Ирбелин, ощущая ноющую боль в груди. Вот она, скорбная стезя человеческая, ведущая к смерти! – Как можно?! – изумился Глинский. – Мы к пожилым людям относимся бережно, стараемся не нервировать. Старушки давно болеют! Врачи констатировали естественную смерть, полицейские с этим согласились. Наши действия никак не сказались на… – Иди, – перебил его патрон. – Мне отдохнуть надо. Жорж вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь, а Ирбелин прилег на кожаный диван. На душе у него кошки скребли. Смерть старухи показалась ему дурным предзнаменованием. * * * Глаза Грёзы опухли от слез. – Бедная Варвара! – причитала девушка. – Она умерла в одиночестве, когда никого не было рядом! Я бросила ее в такой ужасный момент! – Не вини себя, – успокаивал ее Виктор. – Это могло произойти в любую минуту. Что же тебе теперь, не спать, не есть, не выходить на воздух? Ты не сиделка. – Я должна была… должна была почувствовать! Зачем ты повел меня в дурацкий магазин? Если бы я осталась дома, то… – Время смерти устанавливается приблизительно, – осторожно заметил Виктор. – Варвара Игнатьевна могла скончаться еще до нашего ухода. Пойми, есть вещи, которые нужно просто принять, смириться. Старики умирают, с этим ничего не поделаешь. Вот Полина приняла это близко к сердцу, ее и парализовало – ни двигаться, ни говорить не может. Это хорошо, по-твоему? – Они были как сестры, – заплакала Грёза. – Прожили бок о бок много лет. Для Полины уход подруги – невосполнимая потеря. Я не удивлюсь, если она последует за Варварой. Виктор промолчал. Он колебался: говорить Грёзе или нет? – Полина совсем плоха, – всхлипывала девушка. – Врачи сказали, лучше не забирать ее в больницу, там за лежачими ухаживать некому. – А здесь, значит, есть, кому! – не сдержался молодой человек. – Ты, что ли, горшки носить будешь? Грёза вытерла красные воспаленные веки, шмыгнула носом и собралась уходить. Она со вчерашнего вечера не заходила домой, ей нужно помыться, переодеться. Предстоял длинный хлопотливый день. Возвратившись вчера с прогулки, она заглянула к Варваре, обнаружила ту бездыханной и закричала. Началась суета, Виктор вызвал врачей и полицию; на шум из своей квартиры, бледная и вялая, на дрожащих от слабости ногах, выползла Полина. Печальное известие сразило ее, она упала, и приехавшие медики, убедившись в том, что Варваре Игнатьевне помощь уже не требуется, занялись ею. |