Книга Цыганская невеста, страница 105 – Кармен Мола

— Почему ты защищаешь этого человека, Сарате?

— Потому что он был мне отцом. Потому что он научил меня всему.

— В том числе плохому.

— Чему плохому?

— Ты украл у меня листок с ДНК-тестом из дела Лары. Думаешь, я не заметила?

Сарате побледнел. Крыть ему было нечем.

— Я собирался его вернуть.

— Ты дал мне подсказку. Я понимала: что-то было сделано неправильно в расследовании убийства Лары, но я не знала что. Когда я увидела, что ты забрал отчет криминалистов, я поняла, что должна сосредоточиться на этом.

— Значит, ты устроила мне ловушку.

— Ты еще наивнее, чем я думала. Но нет, я не такая умная, это была случайность.

— И секс той ночью был частью игры? Ты решила со мной переспать, чтобы потом притвориться спящей и предоставить мне свободу. Так?

Элена посмотрела на него холодно.

— Я думал, тебе хоть немного понравилось, — с болью сказал Сарате.

— Не расстраивайся, мне было хорошо в постели. Одно к другому не имеет никакого отношения.

Он изобразил саркастическую улыбку. Он уже знал ее, знал, что она не станет восстанавливать отношения между ними. Скорее наоборот, ее убийственный юмор окончательно их уничтожит.

— Ты хотя бы могла быть со мной честной.

— Тогда я бы не обнаружила нестыковку в расследовании убийства Лары.

— Я имею в виду, ты могла бы рассказать мне о своих сомнениях относительно Сальвадора. Мы могли бы вместе придумать, как решить эту проблему.

— А ты бы меня понял? Ты зациклился на защите Сантоса.

— По крайней мере, я не принимал бы участия в бессмысленном задержании, целью которого было убрать меня из отдела.

— Бессмысленных задержаний не бывает.

— А как насчет Камило?

Сарате взял со стола фотографию. Показал Камило Кардону в тюрьме и ткнул пальцем в культю левой руки.

— У него ампутирована рука. Как он мог убить Сусану таким способом?

Элена посмотрела на фотографию, на Камило, сплошь покрытого татуировками. Самая заметная была на груди.

— Если он водит гоночные машины, то способен и убить.

— Просверливая отверстия в черепе? Это невозможно сделать одной рукой.

— В любом случае тебя это больше не должно волновать. Ты отстранен от дела.

— Что?

— Что слышишь, — твердо сказала Элена. — Можешь вернуться в свой участок в Карабанчеле. Уверена, там по тебе скучают.

— Ты не отстранишь меня от дела только потому, что тебе неудобно мое присутствие.

Элена вскочила, и прядь волос упала ей на лицо.

— Убирайся отсюда, и чтобы ноги твоей больше не было в моем доме, и в отделе тоже.

— Я не уйду, пока не объяснишь, почему ты меня выгоняешь.

— Ты украл бумагу из дела, чтобы защитить коррумпированного детектива. Это серьезный проступок.

— Я сделал это по личным причинам, я уже говорил.

— Восемь лет назад у меня похитили сына. Полиция не начала поиски вовремя, не распространила фоторобот, который я им сама предоставила, не проверила известных педофилов, и все из-за нерадивости, халатности и непрофессионализма. Тогда я поклялась, что не потерплю ни одного нарушения в нашей работе. Так что не проси меня закрывать глаза на подобные вещи и вести себя так, как будто ничего не произошло. Потому что это не так.

Сарате молча смотрел на нее. Элена задыхалась от гнева. Прядь волос медленно колыхалась. Ничего не сказав, он повернулся и ушел.

Инспектор налила стакан граппы и одним глотком осушила его. Села. Посмотрела на фотографию бывшего заключенного. Что-то привлекало ее внимание. Татуировка на груди. Змея, свернувшаяся кольцом. Она взяла фотографии вскрытия. Посмотрела на отверстия в черепе. Они похожи. Но они круглые, а все круги похожи. Хотя, может, сходство не только в этом.