Книга Клан, страница 119 – Кармен Мола

– Учился в академии гражданской гвардии, никогда не был распределен на службу, не окончил курс, был исключен. Работает в охранном предприятии под названием «DeAr International».

– DeAr? Как по-английски «дорогой»?

– Именно так. DeAr как «дорогой». Но это аббревиатура от слов Defense Army – Армия обороны. Нечто вроде агентства по подбору наемников. Нужно запросить ордер на обыск в их офисе.

– Запрос должна подписать Мириам, – напомнила Рейес.

– Она сейчас придет, – сказала Марьяхо. – Она недавно звонила, что прилетела из Альмерии. Хотела ехать домой, потому что с Нового года не видела семью, но решила сперва заскочить сюда.

– То-то будет скандал, – предрек Ордуньо.

В реакции коллег – злом, почти вызывающем взгляде Рейес и презрительной покорности Марьяхо – он увидел еще один симптом распада ОКА. Они уже не были командой. Элена действовала сама по себе, Рейес никак не могла пережить личные трагедии, Марьяхо устала от бесконечных циркуляров, на самого Ордуньо открыли дисциплинарное дело.

Когда Мириам Вакеро вошла в офис и ее ввели в курс дела, его предчувствия сразу же оправдались.

– Ордер на обыск в компании? С какой стати?

– В «DeAr International» работает Абрахам Бермехо, и у нас есть основания думать, что он причастен к преступной группировке, торгующей людьми и человеческими органами в Альмерии.

Марьяхо решила выложить карты на стол. Пусть не все, но, по крайней мере, часть. Она не упомянула Клан, хотя не сомневалась, что именно он находится в центре всей преступной схемы. Недоверие к Мириам не позволило ей этого сделать. Просматривая информацию о Бермехо, инспектор Вакеро нервно барабанила пальцами по столу. Они впервые видели ее такой растерянной, неспособной принять никакое решение.

– И почему мы в это верим?

Марьяхо и Ордуньо переглянулись. Заданный вопрос разверз пропасть у них под ногами. Прежде чем ответить, Ордуньо прочистил горло:

– Это имя назвал информатор, который встречался с Фабианом в Новый год.

– И сообщил он это имя совершенно добровольно. Просто хотел нам помочь. А мы, чтобы его выяснить, не делали ничего противозаконного и не прослушивали чужие разговоры без разрешения судьи.

Вдохновленная молчанием Ордуньо и Марьяхо, Мириам продолжала нотацию, но казалось, что сама она вцепилась в это процедурное нарушение, как утопающий хватается за последнюю соломинку.

– Честно, я даже не знаю, зачем спрашиваю. Уверена, что ни один из вас с ним не разговаривал, а сделала это некая особа, которая уже не работает в ОКА. Уж не Элена ли Бланко?

– Это важно, Мириам, – возразила Марьяхо. – У нас появилась возможность узнать, кто убивает иммигрантов.

– Да, важно. Но гораздо важнее соблюдать закон. Здесь я решаю, беспокоить нам судью просьбами об ордере на обыск или нет. Ваши способы получения улик просто смехотворны. Так что ничего ни у кого не просим. Всем ясно?

Элена подняла руку, чтобы привлечь внимание официанта, и жестом попросила повторить заказ: граппа для нее и пиво для Марьяхо. С момента ее возвращения в Мадрид прошло не больше часа.

– Это тупик. Мириам не хочет распутывать эту нить.

– Тоже мне сюрприз, – саркастично отозвалась Элена.

– Конечно, по-своему она права. Наша новогодняя операция с участием Фабиана была незаконной.

– Теперь ты будешь ее выгораживать?