Книга Клан, страница 28 – Кармен Мола

– Ты забыла, кто мы такие. Мы полицейские. Нам нет дела до веры, нас интересуют факты. Не пора ли прекратить терять время на поиски причин невиновности Элены?

– Успокойся, Рейес. – Легким взмахом руки Мириам попросила подчиненную сесть: порыв ярости снова заставил Рейес вскочить со стула. Так же спокойно Мириам обратилась к остальным: – Я, безусловно, не знаю Элену так, как знаете ее вы, но именно этот факт позволяет мне иметь другую точку зрения, не замутненную личными впечатлениями. Если изучить психологический портрет инспектора Бланко, нетрудно заметить, что она действительно способна переходить определенные границы. У нее была сложная личная жизнь, я прочитала все материалы дела, касающиеся исчезновения ее сына Лукаса, знаю о ее проблемах с алкоголем и о ее порой неустойчивом поведении. Тут есть темные пятна, и думаю, никто из вас не будет этого отрицать. А в последнем деле, – сказала она, потрясая в воздухе документами, – в деле суррогатных матерей, практически невозможно оправдать смерть Виолеты Аламильо.

– Элена действовала в целях самозащиты: мексиканка была опасной преступницей, повинной в множестве смертей, – возразил Буэндиа.

– Здесь не говорится, что она была вооружена, впрочем, оставим. – Мириам махнула рукой. – У нас еще будет время это выяснить, когда найдем Элену. А потому, я думаю, нам нужно также искать Анхеля Сарате; решение Рентеро поставить меня во главе ОКА накануне его смерти удивляет меня не меньше, чем вас. Это всего лишь гипотеза, но что, если комиссар решил расследовать все невыясненные обстоятельства? А Элена и Сарате были готовы на все, чтобы не позволить ему это сделать?

– У нас нет ни малейшего представления о том, где может находиться Сарате.

Признав это, Буэндиа мысленно согласился с тем, что выдвинутое Мириам предположение может оказаться единственным разумным объяснением, позволяющим хоть как-то увязать улики с имевшимся у них представлением об Элене. Все они знали, что кипевшие в ней страсти могли, в определенном смысле, быть разрушительными для нее самой.

– Элена звонила мне ночью, накануне смерти Рентеро, – решил признаться судмедэксперт. – Ее интересовала моя помощница, Мануэла Конте. Сама она сейчас в отпуске, думаю, что в Италии. Элена хотела узнать, как та попала в ОКА. Я ответил, что благодаря хорошему послужному списку и рекомендации самого Рентеро. Ничего такого, но разговор был странный.

– Я постараюсь связаться с Мануэлой Конте, – сказала Мириам, давая понять, что совещание закончено, и собрала со стола документы. – А вы попытайтесь отыскать Сарате.

Все вышли из зала, не скрывая своей подавленности. Никаких аргументов, кроме веры, как заметила Рейес, в защиту Элены у них не имелось. «Только она сама могла бы все объяснить», – успел сказать Буэндиа Марьяхо, прежде чем та скрылась в своем «шалмане». Ордуньо пошел вслед за Рейес и в кухне сумел преградить ей дорогу.

– Зря ты ведешь себя с нами так, как будто мы тебе враги.

– Инспектору Вакеро следовало бы отстранить вас от этого дела. Вы не выполняете свою работу должным образом.

– Ты ошибаешься. Нам тошно, но мы делаем все именно так, как нужно. Элена в розыске, мы обмениваемся всей полученной информацией. Если ты думаешь, что мы такие же, как ты, то глубоко ошибаешься. Нам хоть и больно, но мы делаем то, что положено.