Книга Клан, страница 89 – Кармен Мола

Рейес обернулась за поддержкой к Элене, но та смотрела в окно своего номера люкс, который зарезервировала на последнем этаже гостиницы «Собор». Внизу, на площади, светились огни рождественской инсталляции, почему-то напоминавшей мечеть. Был предпоследний день года, и, глядя на жителей Альмерии, которые шли под моросящим дождем, останавливались и фотографировались возле этих огней, она завидовала их наивности. Нормальная жизнь доступна только тем, кто не знаком с ее темной стороной.

– Думаешь, он сможет нам помочь?

– Пару лет назад Кристо просил его съездить на выходные в Альмерию. Он должен был забрать здесь девушку из какой-то восточной страны. Ее звали Мария. Потом мы нашли ее среди женщин в Лас-Суэртес-Вьехас.

– Ты отдаешь себе отчет, какому отпетому негодяю ты доверяешь? – Ордуньо не мог сдержать ярость и носился по комнате, как дикий зверь по клетке. – Ты хоть помнишь, как использовали Марию и остальных женщин? Как кур! Чтобы плодились! И виновен в этом твой дружок! Когда же ты, наконец, прозреешь, Рейес?!

– Замолчите! Оба. – Элена задумалась на несколько секунд. – С кем он встречался здесь, в Альмерии?

– Он отказался назвать имя. Это тот человек, который передал ему Марию, и он точно из гражданской гвардии. Возможно, он выведет нас на участников преступной миграционной схемы.

– А возможно, Фабиан врет с единственной целью раздобыть фальшивый паспорт.

Элена сжала виски: у нее болела голова. Она хотела бы все хладнокровно обдумать, но пока ей это не удавалось. Сопротивление Ордуньо было понятно и, скорее всего, оправдано. Конечно, Фабиан мог использовать их интерес в своих целях. А если нет? Чаша весов сдвинулась, когда она подумала о том, что у нее появился шанс узнать, как устроен Клан. Рентеро и Гальвес, два человека, которые могли бы рассказать, кто в нем принимает решения, погибли. У нее оставался единственный вариант: пройти весь путь до вершины пирамиды от самого ее основания, от тех, кто крышевал сеть торговцев людьми здесь, в Альмерии, до тех, кто, судя по рассказу Мусы, перекрывал шоссе, чтобы никто не видел происходящего на пляже. Чтобы никто не знал о прибывших из Черной Африки людях, которых затем в лучшем случае эксплуатировали в теплицах, в худшем – разделывали, как животных на бойне, чтобы европейские богачи могли жить с новыми легкими, печенью, сердцем.

– Скажи Фабиану, что он получит документы, как только сведет нас с этим человеком.

Процессия продвигалась с трудом. Каждый нес свой жалкий узелок, нищенские пожитки: мобильный телефон, чтобы позвонить родным, когда доберутся до места, замызганную верхнюю одежду, чтобы защититься от холодной ночи на море, оберегаемый, как драгоценность, паспорт – единственный документ, который подтверждал их личность. В глазах этих людей читались усталость и надежда. Все они кашляли, тяжело дышали. Сарате плелся, опираясь на плечо Амиры. Наконец они вышли к морю в небольшой, защищенной мысом бухте под названием Мадрид. Их ждали три деревянные лодки, с виду потрепанные, но оснащенные мощными моторами. В одну лодку умещалось пятнадцать человек, но места хватило всем, потому что в пути они потеряли семерых. Анхель видел, как умерли трое, но не знал, что стало с остальными: поглотила ли их пустыня или они попали в руки алжирских солдат. Процессию встретил генерал Принц – он должен был вести первую лодку, и в нее сел Марвин. Две другие генерал поручил своим охранникам.