Онлайн книга «Порочный. Скандальный роман»
|
Ручищами. — Иди сюда, сссука! — хрипит, дернув за шиворот парня. Он поднимает немаленького Филю, словно игрушку, и отвешивает мощный удар слева ему по корпусу, хватает за чуб и… добивает ударом кулака в лицо. Звучит тошнотворный хруст. Филя отлетает в сторону. Кровь из его носа алым фонтаном взмывает вверх, оставив росчерк на стене. С ревом Рахман бросается на поверженного парня. Боже, он его сейчас насмерть забьет! Просто забьет! Я цепенею на месте, крича. — Остынь! Дурак! Идиот старый! Это не то, о чем ты подумал! МАМОНТ! ДРЕВНИЙ! ДУРАК! Рахман оборачивается в мою сторону и зло зыркает, тычет пальцем. — Молчи, женщина. Я сейчас твоего недохахаля отпизжу, вернусь, а ты передо мной чтобы… Не знаю, что он дальше хотел сказать, но я швыряю в него пакеты со льдом. Один ударяет в грудь, второй в плечо и рассыпается ледышками, кубики летят во все стороны, осыпав Филю, который пытается встать. Вскакиваю на ноги резко, бегу к чечену, толкнув его в грудь. Он скала, хватает меня за плечи. Бью снова. — Где ты был?! Где ты был, Рахман! Гребаных полчаса назад! Когда меня брат мудак прессинговал и гонял по всему городу! Где ты был все это время?! Придурок старый! Да пошел ты… Если бы не Филя… — кривлю губы, они трясутся от слез. — Кретин, он меня спас! И просто подал мне лед, потому что… На темном лице Рахманани капельки просветления. — Я все поняла и сейчас же свалю! — пытаюсь из его хватки. — Место можешь мне не указывать, не пропаду! — Остынь! — Сам… Остынь! Ведь я тебе даже позвонить не могу! Ты запретил! — выкрикиваю со слезами, из носа текут сопли жидкие. Вывернувшись чудом, ныряю под руки Рахмана и поскальзываюсь. Гребаный лед. Скользкий. Острый лед. Наступив неосторожно, падаю, и через миг мою коленную чашечку просто взрывает адской болью. Перед глазами все чернеет, только алые вспышки боли не позволяют полностью забыться. Рахман Моя егоза падает с криком, от которого закладывает уши и стынет кровь в жилах. Меня мгновенно остужает. Словно азотом из баллона окатили с головы до ног. Застываю. Весь мир застывает. Я же с ума сходил. И совесть меня грызла нещадно, что, пока я с Рори развлекался, Амира моя отравилась жестко. Суши она хотела сделать домашние, удивить меня. Не дождалась, сама поела. Температура, рвота, понос… В больнице вроде полегчало, но стоило домой вернуться, как у нее снова фонтан рвоты, слабость. Я на полголовы, наверное, поседел. Ни разу она так сильно не болела. Не плакала так надрывно: «Папочка, не уходи! Мне страшно…» Разумеется, я не уходил. Остался. Рори мне как-то позвонила. Как раз в момент, когда я заказывал продукты и лекарства. Второй рукой держал исхудавшую кисть Амиры в своей руке. Она веки приподняла и спросила, кто, а меня кипятком ошпарило. Я сохранил Аврору под ником Рори. Вдруг дочка увидела? Блять, я как пацан, которого застукали. Отмазался как-то, быстро Рори написал, еще и контакт переименовал, «Ремонт менеджер Аврора». С трудом дождался, пока Амире полегчало. Ослабил все запреты, само собой. Какие запреты, когда она едва дышит, едва держится… И так рада была к учебе вернуться, глазками засияла… * * * Как только дочь окрепла, сразу к Рори, к девочке своей. И все остальное — слишком быстро. Реакции, как у зверя, чье логово занял чужак и едва не взгромоздился на мою самку. |