Онлайн книга «Порочный. Скандальный роман»
|
Глава 40 Аврора Спустя время «Приедешь сегодня?» — отправляю Рахману, замирая в ожидании ответа. «Постараюсь забежать к тебе вечером, но ненадолго. С братом встречаюсь» «Надеюсь, тебе хватит времени, чтобы оценить мои новые трусики» «Покажи. Прямо сейчас!» «Нет, вечером. Только вечером и только при личном осмотре…» «Мучительница!» Рахман посылает мне свое фото. Селфи и фото руки, опущенной к паху, демонстративно сжимает эрекцию. Кто бы мог подумать, что ему настолько понравятся горячие переписки? И еще он меня сам способен смутить, ох… Сердечко заливается счастливой трелью, будто соловей. За прошедшие неполные три недели я, кажется, сотни раз пила из чаши, полной любви. Она никак не пустела, вечно была переполненной через край. И сама я — тоже полна любви. С каждым днем все больше влюбляюсь в Рахмана. Вижу в нем теперь не только суперсексуального мужчину, но Мужчину с большой буквы и достойного Человека. За это время узнала о нем столько всего… Голова кругом. Восхищаюсь им… Он даже не подозревает, наверное, как сильно я схожу по нему с ума. Каждую мелочь в памяти храню. Каждый-каждый счастливый момент. Я даже дневник завела! Глупости… Но завела и тайком от него, исключительно для себя записывала самые-самые яркие моменты. Самые сладкие. Свои мысли, чувства… Иногда, конечно, получалось только поставить дату и исписать одним его именем целую страницу. Как малолетка влюбленная, честное слово. Но это исключительно для меня. Даже ему не покажу. Чтобы не выглядеть слишком навязчивой. Хотя не хотеть большего с ним сложно. Мне всегда будет мало… Я благополучно пережила операцию на ноге. Мне кажется, в большей степени это все благодаря ему. Рахман целый день сидел, держа меня за руку, вплоть до самого отбоя, в день перед операцией. В день операции тоже был рядом. Мне делали спинальную анестезию, я была в сознании, пока за выставленной ширмой врач проводил сложные манипуляции, умудряясь еще и пошутить со мной, и я… я даже отвечала что-то. Потом Рахман назвал меня своей смелой девочкой. И, честно говоря, пережить операцию стоило хотя бы ради того, чтобы услышать эти слова. Неделю я находилась под наблюдением врачей в клинике. За это время меня познакомили с другим персоналом, с которыми придется заниматься— массажист, физиолог, тренер по плаванию. Программа восстановления предстоит насыщенная. На выписку Рахман устроил для меня целый праздник, в этот же день мы долго-долго любили друг друга на его квартире. Тогда же он впервые остался с ночевкой. Потом еще и еще… Наверное, два-три раза в неделю он бывал у меня с ночевкой. Эти поздние вечера и ночи были самыми счастливыми в моей жизни. С каждым приходом Рахмана здесь оставалось чуть больше его вещей, приятные мелочи. Потом я осмелилась и купила для него полотенца, халат, набор бритвенных принадлежностей и домашние тапочки. Рахман пошутил, что я его одомашниваю. А мне жутко нравилось, когда он приезжал, довольно поздно, но оставался с ночевкой. Не только из-за секса нравилось… Мне, в целом, нравилось просто быть с ним рядом, разговаривать, слышать, как он говорит с кем-то или работает допоздна перед ноутбуком. В такие моменты я на полную катушку мечтала, что мы — полноценная пара, что мы живем вместе и ни от кого не прячемся. В универ я вернулась после вынужденной паузы. Появление было немного нашумевшим, скорее, среди однокурсников, которые, оказывается, по мне дико соскучились и в один голос ахнули о переменах в лучшую сторону. Про травму как будто и не заметили. Они больше меня были уверены, что это временное недоразумение. Надо же, как сильно верили в меня, такая приятная неожиданность, если честно. |