Книга Порочный. Скандальный роман, страница 89 – Айрин Лакс

спонсором

был? Интересно!

Еще интереснее, что у нас, оказывается, отношения

завершились

! А я и не в курсе!

Разозленный до предела, набираю номер Авроры.

Честно говоря, я даже не рассчитывал, что она захочет ответить. Мне казалось, все. И это оборвал не я.

Но она отвечает. Довольно четким:

— Слушаю.

Отхожу от палаты Амиры подальше.

— Ты что творишь? — прямо спрашиваю. — Мне только что врач звонил. Какой, нахуй, спонсор? Ты там лечение прервать решила?

— Ты, Рахман, передо мной условие поставил, которое я ни умом, ни сердцем, ни душой не могу принять и тем более исполнить. Извиняться перед Амирой не стану. Моей вины нет. Плевать, веришь ты или нет, но моя совесть чиста, и Бог тому свидетель. Мой Бог, не твой. С квартиры я уже съехала. Нужно вернуть подарки? Ок, ты только скажи какие… — усмехается.

— Не гони, Рори. Я тебе от всего сердца подарки делал! Не вздумай возвращать! Ты что выдумываешь?! — киплю. — Куда ты съезжать собралась?! У тебя никого нет! Ничего! Крыши над головой, в том числе.

— Я до встречи с тобой, жила, Рахман. Буду жить и после расставания. Не пропаду.

— Не глупи. Я обещал о тебе позаботиться! Я о тебе позабочусь.

— Зачем? Ты ни единому слову не веришь. Не навестил меня за эти дни ни разу. Не пишешь и не звонишь. Я тебе нужна, только чтобы потрахаться. Но уверена, ты всегда найдешь девчонку поинтереснее.

— Ты не права. Ты мне нужна. Нужна, слышишь!

— Не больше, чем твоя дочь.

— Не заставляй меня выбирать. Никогда не ставь меня перед таким выбором.

Голос звенит.

— Свой выбор ты ужесделал, Рахман.

— Так… Успокойся, слышишь? Я приеду, и мы поговорим. Прямо сейчас приеду.

— Не надо. Я не хочу быть девушкой, которая может привлечь внимание любимого только шантажом или проблемами. Я не хочу быть в тени и точно не хочу слышать оскорбления в свой адрес.

— Рори, ты нужна мне. Не делай этого. Я приеду. Я прямо сейчас еду. Ты в больнице?

— Нет. Уже нет.

— Рори!

— Не называй меня больше так. Для тебя я теперь только Аврора. Все кончено, Рахман. У тебя есть дочь. Займись ею.

* * *

Рори сбросила звонок.

Перезвонил — ничего. Не отвечает. В приложении заблокирован! Даже написать ей не могу, засранка такая…

— Папа? — шелестит за спиной голос Амиры.

Оборачиваюсь: дочь исхудавшая, бледная. Смотрит на меня со слезами.

— Ты зачем встала? Иди ложись…

— Заберите меня отсюда. Я не больна, ничем не больна. Мне душе плохо, а душу… душу здесь не лечат, — вздыхает горько.

Дочь косится на телефон, вздыхает.

— Вы говорили

с ней

? — голос становится выше, когда Амира упоминает о Рори.

— Амира, я уже понял, что ты не в восторге. Но я взрослый мужчина, и у меня… случаются отношения.

— Почему с ней?! Почему не с другими… Вы же обращались к продажным женщинам, ради потребностей… — добавляет.

Вот чего я не ожидал — именно подобного поворота, когда дочь станет указывать, на каком пастбище мне нужно свой член выгуливать и в кого совать.

— Амира. Я сам решу. Это не твое дело.

— Не мое, конечно… Вот только я и подумать не могла, что, когда Аврора хвасталась, что папика, как лоха, на дорогостоящее содержание развела, этим папиком… именно вы окажетесь! И в дом наш ее приводили, да? — усмехается горько. — А у меня, между прочим, сережки пропали. Именно в то самое время!

Это уже перебор. Я верю, что Рори может быть вспыльчивой. Еще как может! Она на меня даже словами бросаться не побоялась, и жила в такой обстановке, что поневоле заведешь привычку огрызаться на всех и вся.