Книга Другой Холмс, или Великий сыщик глазами очевидцев. Начало, страница 19 – Евгений Бочковский

Оказывается, решительный Холмс и не думал сдаваться. Дождавшись, когда ноги у него окрепли и перестали дрожать, он, вопреки восклицаниям встревоженной мисс Адлер, что, мол, надо бы еще полежать, осторожно доковылял до окна, чтобы подышать немного свежим воздухом и прийти в себя. Когда он отворил створку, шашка ударила его в лоб и отскочила наружу, шлепнувшись в клумбу с нетронутыми розами. Я не дождался, чтобы посмотреть, дымится ли она, и слово «Пожар!» уже кричать не стал. Откровенно говоря, я даже забыл поджечь ее, благодаря чему лоб Холмса избежал ожогов, на нем осталась только небольшая и не очень глубокая зарубка от рассечения. Но тогда я, разумеется, не вспомнил о своем упущении, однако интуиция подсказала мне, что в этот вечер всё как-то не очень хорошо и в точности получается. Поэтому я предпочел больше не рисковать. Резвым бегом переполненного надеждами любителя приключений я направился в нашу квартиру на Бейкер-стрит и стал там дожидаться известий.

Холмс появился через два дня и рассказал, что всё это время пролежал в этом замечательном доме, полном добрых людей. И пробыл бы еще дольше, если б душевная мисс Адлер не застала его случайно за перетряхиванием содержимого ее бюро. Девушка очень опечалилась и призналась Холмсу, что, ухаживая за ним, успела проникнуться к нему глубокой сердечной симпатией. Холмс объяснил ей, что та дубина, прилетевшая в окно, представляла собой в общем-то нешуточную угрозу даже в незажженном виде, и мисс Адлер пришла в восторг от того, как ловко мой друг точным движением головы спас ее дом от пожара. Это был первый пример беспримерного мужества, представший перед ее глазами. До того она только читала о подобном в романтических книжках и не слишком верила, что способный на подвиги герой может заглянуть в ее жизнь. Тем более не верила, что такой герой может заглянуть в ее личные вещи, рыться в них. Это ее так огорчило, что она потребовала объяснений. Холмс просто и с достоинством заявил ей в ответ, что он не грязный вор, а уважаемый частный детектив, честно выполняющий свою работу. Напомнив девушке о ее чувствах к нему, он попросил не марать и не растаптывать их, то есть обойтись без вызова полиции, и тотчас покинул дом.

Когда через неделю хирург снял с головы Холмса повязку, ничто больше не напоминало нам об этих событиях. Единственное, пришлось вернуть заказчику задаток за невыполненное поручение. Но кто-то прознал об этой истории и почему-то подал ее в совершенно измененном виде, еще и выставив меня рассказчиком выгодной для нас небылицы. Я не знал, что и подумать, и в растерянности перечитывал «Скандал в Богемии».

Холмс тем временем набросился на свой завтрак с жадностью, в которой голод состязался с возбуждением от свалившейся на нас удачи.

– Лестрейд лопнет от злости! Уже ради одного этого стоило ввязаться в вашу авантюру. Славный день. Я верю, Ватсон, что это хорошее предзнаменование. Увидите, нас ждут великие дела! Вы разбудили во мне Холмса, какого еще не знали.

Пребывая в смятении и так и не придумав, как убедительнее поприветствовать это пробуждение, я сослался на головную боль и, с трудом переставляя ватные ноги, поднялся к себе.