Книга Другой Холмс, или Великий сыщик глазами очевидцев. Начало, страница 211 – Евгений Бочковский

– Ну, возможно, ее разворачивали спиной, чтобы она не увидела чего-то в окне.

– Вы ничего не поняли, Ватсон. Ключевые слова здесь «спиной» и «поближе»…

– Холмс! – вскричал я. – Мне кажется, вы вышли на след ужасного злодеяния!

– Как сказать, – немного замялся Холмс. – Возможно, это действительно немного чересчур, но не исключено, что на его месте вам бы пришлось придумать что-нибудь подобное с этой непоседливой гувернанткой. Вы заметили, как она всё вынюхивает, во всё сует свой нос? Сколько она всего успела разузнать, проведя в доме своих новых хозяев всего-то неделю! Бедный Рукасл, дабы хоть немного унять мисс Хантер, специально усаживал ее на сквозняк от окна, чтобы ей продуло и свело шею и она не могла так ею вертеть и всё высматривать. Согласен, отчасти это бесчеловечно, но иных только таким образом можно удерживать в рамках. Вообще, не только ее поведение, но и отношение к окружающим настораживает. В ее описаниях все домочадцы – и хозяева, и слуги – представлены крайне негативно. Мистер Рукасл, видите ли, неестественно много смеется. Его жена слишком молода для него, слишком преданна и совершенно невзрачна. Слуги Толлеры угрюмы и неприятны. Он еще и алкоголик, а она смотрит исподлобья. Даже ребенок, совсем еще малыш, проводит свое свободное время, по мнению мисс Хантер, ненадлежащим образом – мучит зверушек, планомерно готовя себя к роли садиста и семейного деспота в будущем. Только о дочери ей нечего сказать, потому что она ее никогда не видела. Нет, Ватсон. Источник беспокойства в этой истории я вижу не в ком-то из тех, кого нам представила гувернантка, а в ней самой.

Холмс, как обычно и бывало, разбил все мои доводы в пух и прах. Он был настолько убедителен, что понравившаяся мне поначалу Вайолет стала и у меня вызывать неприязнь и даже какое-то глухое отвращение, и я устыдился своей прежней легкомысленной и ничем не обоснованной симпатии. Решено было остановиться на выдвинутой моим проницательным другом версии. Хотя Холмс порекомендовал клиентке особенно не беспокоиться, деньги мы с нее взяли, поэтому вынуждены были пообещать держаться с ней на связи.

Через три дня мисс Хантер взволнованной и невнятной телеграммой вызвала нас в Уинчестер. Она назначила нам встречу на полдень следующего дня в гостинице «Черный лебедь». К тексту прилагался чек. И хотя проставленная в нем сумма была более чем скромной, мы всё же поехали в Уинчестер. Встретившая нас девушка была сильно встревожена. Она уверяла, что тянуть более нельзя, так как Рукасл давно подозревает ее и может в любой момент отказаться от ее услуг, и тогда помочь узнице или узнику из нежилого крыла станет невозможно. Она, конечно, может обратиться в полицию, но поверят ли там в ее фантастическую историю? Мистер Рукасл умеет произвести приятное впечатление и весьма уважаем в Хэмпшире.

– Никакой полиции! – категорично заявил Холмс девушке. – Положение крайне серьезно, и нужно срочно вмешиваться в ситуацию.

Я с удивлением наблюдал, как от былого скептицизма Холмса в отношении гувернантки Рукаслов не осталось и следа. Очевидно, произошло что-то, что ускользнуло от моего пристального внимания и категорически изменило отношение Холмса к происходящему. Но мисс Хантер преподнесла нам еще один сюрприз. Оказывается, как раз сегодня представился редкий шанс беспрепятственно попасть в дом. Рукаслы приглашены в гости, а Толлер напился до бесчувствия и вряд ли к вечеру проспится. Мы договорились, что Вайолет заманит миссис Толлер в погреб и запрет ее там. Находчивая девушка сама подсказала эту идею. Тогда никто не помешает нам вызволить бедняжку Алису из темницы.