Онлайн книга «Другой Холмс, или Великий сыщик глазами очевидцев. Начало»
|
Офис номер 4 по адресу Попс-корт, 7, два месяца назад снял некто Уильям Моррис, который представился владельцу стряпчим. Адвокат Уилсона (находясь в больнице, процентщик не терял времени даром и обзавелся защитником) откопал то самое объявление в «Морнингкроникл» о конкурсе на вакансию, которое вышло на следующий день четвертого июня, и в свою очередь разместил собственное с просьбой откликнуться тех, кто принимал в нем участие. Несмотря на то что аренда помещения была оплачена до ноября, в офисе после пятницы никто не появлялся. Мистер Моррис не оставил о себе никакой информации. Осмотр офиса и опрос немногих очевидцев не дали ничего существенного. Сержант Пратт со свойственной ему скрупулезностью составил отчет об этом мероприятии, тщательность описания которого вкупе с невозмутимым тоном оставляют далеко позади самую блестящую иронию. Настолько, что я не могу не привести здесь наиболее показательный фрагмент из него: «В комнате среди немногих предметов мебели (стол, стул, шкаф со стеклянными дверками) были найдены первый том „Британской энциклопедии“ с издевательским посвящением Скотленд-Ярду на внутренней стороне обложки и стопка исписанной бумаги, просмотр которой позволил установить, что статьи из упомянутого источника переписывались тремя почерками. Первым – крайне низкого качества, практически неразборчивым, – заполнена большая часть материалов, а именно почти весь раздел на букву „А“. Вторым – окончание раздела „А“ и начало раздела „Б“. Следует отметить, что все листы, заполненные этой рукой, перечеркнуты и смяты. Возможная причина – брак, хотя на первый взгляд в тексте явных ошибок нет. Третьим почерком заполнены листы, относящиеся к продолжению раздела „Б“. Среди перечисленных почерков ни один не совпадает с тем, которым написано упомянутое посвящение нашему департаменту с наилучшими пожеланиями успехов в дальнейших расследованиях, оставленное на обложке источника. Таким образом, вместе с ним получено четыре образца руки…» В качестве вывода из всего перечисленного невозможно не признать, что все достижения понедельника смело можно было бы отнести к категории «топтание на месте». Если бы не Грегсон. Подвижка случилась во второй половине дня, когда Тобби вернулся с Бейкер-стрит. Мало сказать, что вернулся не с пустыми руками. Приходится признать, что он обскакал меня, доказав на деле, как пагубно сказывается предубеждение. Не в первый раз уже я даю маху именно с Холмсом. И всё от неприязни, которая мешает мне толком его воспринимать, и всякий раз это приводит к какому-нибудь упущению, что порождает во мне еще большее раздражение, закладывая камень в основу следующей ошибки. Одним словом, замкнутый круг, с чем я начинаю понемногу смиряться. Поэтому неважно, подсознательно ли или вполне осознанно, но, отпуская Грегсона на Бейкер-стрит, я ожидал чего-то подобного. Следует отдать должное Тобби, он не побежал с новостями прямо к Бруксу, как это сделал бы жалкий карьерист Джонс (речь, видимо, идет об инспекторе Этелни Джонсе, который фигурирует в нескольких произведениях Конан Дойла, например в повести «Знак четырех». – Примеч. ред. газеты «Финчли-ньюс»), стремящийся использовать любую оплошность коллеги, дабы в глазах начальства выгодно оттенить ею свою готовность услужить в любую секунду. Он вообще не поехал на набережную Виктории. В числе наших общих с ним черт имеется и стремление поменьше бывать на глазах у начальства. Детектив, проводящий много времени в департаменте, рискует предстать или бездельником, или излишним теоретиком, распутывающим преступление, как Холмс, по большей части не выходя из кабинета. Так что офис «Союза рыжих» на это время сделался чем-то вроде нашего штаба. К чести Пратта, он не дошел до пересчета папирос в обнаруженной в шкафу коробке, ограничившись определением «начатая», и мы взялись обсуждать добытые Грегсоном сведения, проявив к понятию «corpus delicti» несколько вольное отношение. |