Онлайн книга «Лисьи Чары»
|
Шутовка добавила миру немного красного. И еще немного красного. Пульсирующие, мясистые цвета. Сон безумца. Приоткрывший один глаз Рискл заорал, и как диковинный страус из королевского птичника попытался спрятать голову в песок. Удовлетворенная реакцией благодарного зрителя, канзара подбавила еще драматизма. Эйслин наконец пробрало, она разжала пальцы и отступила, прижимая ладони к лицу, вернее - к маске. Пан решилась на простейший фокус: заставила пальцы ведьмы растечься воском. Представила, как горячие капли падают на белое платье. Эйслин купилась и наконец-то заорала от ужаса. Оправляя рубашку, Пан отступила и осторожно выскользнула в нормальный мир. Медленно заходило солнце, вечер был безмятежен, а красный закат, видный в прореху неба между стволами деревьев, обещал назавтра отличную погоду. Пан с удовлетворением отметила, что зрение пришло в норму, бросила короткий взгляд на беснующуюся ведьму и побежала к лесной опушке, как она надеялась, в верную сторону. * * * Как Низу и предполагал, Стопа ничем особенным не выделялась, кроме душка сидовской магии, которой, впрочем, все здесь провоняло. Но на Тропу выйти оказалось значительно проще, чем обычно. На грани между двумя половинками мира было ветрено, и ветер этот одновременно порождался камнем и им же рвался в клочья. Пахло травами, палым листом и яблоками - особым осенним запахом. - Скверно, - буркнул Низу. Он особенно не любил таких мест: созданных для удовлетворения - сидов, людей или иных созданий, не важно. Рядом со Стопой всяческие мелкие желания исполнялись без затрат, просто в качестве подарка. Как правило, с подобными вещами шутить не стоит. Достаточно пожелать чего-то действительно серьезного, чтобы сильно влипнуть. Запах, это мелочи. И скапливающиеся на горизонте вереные подружки-тучи - тоже мелочь. Кабы не вышло что посерьезней. Низу осторожно коснулся камня рукой. Стопа медленно отдавала накопленное за лето тепло, остывая. Зимой она должна была покрываться коркой льда, творения сидов вовсе не предназначены для холодов. С ноября дурной народец прячется в свои холмы и носа не кажет до тепла. Это было единственное, что лису в сидахнравилось. Однако, стоило поторопиться: до сентября всего несколько дней, значит магия Стопы уже начала слабеть. Понятно, почему так торопилась ведьма. Уже в начале осени у камня нечего будет делать, а к концу октября он и вовсе погрузиться в спячку. Лис опустился на колени и приложил к камню ухо, прислушиваясь. От Стопы исходила сила весьма враждебная, и последнее, что сейчас хотелось делать - колдовать. Тем более, что способ был не самый приятный. Низу очень смутно представлял, что надо делать, в конце-концов, дедушка-Малкирк предпочитал травничество, а позднее оборотень обучался скорее истории магии, чем ее практике. Лучший способ привести в действие подобный камень - принести кровавую жертву. Кровь - сильнейшее средство при любом колдовстве, и здесь даже деления на школы нет. Другое дело, что применять ее не брезгуют только некроманты, они и перед убийством ради колдовства не остановятся. Кровь. Что бы там не думала королевская дура - а с нее станется - но рисковать своей жизнью, резать вены или превращаться в жертвенного агнца Низу не собирался. Для этого романтического в общем-то жеста он был чересчур прагматичен. Просто нужно было, находясь точно на границе (то есть, прямехонько на камне) выйти на эту самую границу и разрушить возведенную стену. Призванные сюда твари сами сбегут, как только почуют свободу. Легче сказать, чем сделать, все ж таки. |