Онлайн книга «Зеркало королевы Мирабель»
|
Шут подвинул к столу табурет-лесенку, сел и вытянул ноги. Некоторое время он разглядывал вышивку на платье леди Брианны, и только когда она кашлянула, продолжил. — Итак, Дева Холмов, первоначально, кстати, у нее было имя — Каллуна, так что прообразом, скорее всего, была какая-то ведьма. Дева Холмов, эта самая Каллуна, отправляет Удальгрима восвояси: Но сказала Дева с Холмов Как будто в упрек Так сказала Дева с Холмов «Ты зелен, милок» Пятый куплет заканчивается, и в нашем варианте Удальгрим идет на Холмы войной. — Я помню балладу, — отмахнулся Фламэ. — Мы все помним, полагаю. — В том варианте, который так нравился магистру Нестриху, Удальгрим решил задобрить Каллуну подарками. И он подарил ей бронзовое зеркало. Дева, сомлев от подарков, проявила-таки к королю благосклонность и вышла за него замуж. Однако же, вскоре она увлеклась одним из его рыцарей, Синкейром. — Классический мотив, — кивнул Фламэ. — Странно, что Ольха его не использовал. — Ольха был любовником королевы Марты, — ухмыльнулся шут. — Вероятно, не захотеллишний раз об этом напоминать. Не участвующие в разговоре женщины переглянулись, после чего графиня слегка ударила по столу и строго напомнила: — Баллада! — Да, конечно, любезная мышка, — шут слегка поклонился. — Удальгрим узнал об измене своей королевы, явился к ней в покои и застал ее за самолюбованием. Как повествует баллада — о, мне в юности особенно нравился этот отрывок! — Каллуна в одной сорочке сидела на постели, и смотрелась в зеркало и приговаривала, что ни один мужчина не устоит перед ее красотой и не причинит ей зла. Что она самая прекрасная из женщин в стране. — «Свет мой, зеркальце, скажи», — Фламэ пожал плечами. — Опять же избитый мотив. — Как и всё в нашей жизни, — философски пожал плечами шут. — Из баллады не ясно, что же именно так взбесило Удальгрима: ее вид, ее слова, или, может быть, куртка Синкейра, брошенная на стул. Однако же король схватил зеркало и вонзил его в грудь Каллуне. Трагический конец. — Как вонзил? — озадаченно спросила ведьма. — Не знаю, — шут снова пожал плечами. — Может быть, сила его была так велика, что он поткнул бедняжке грудь бронзовой рукотью; может быть, зеркало превратилось в кинжал; а может быть там был хитрый механизм. Фламэ коснулся груди, где под курткой все еще был спрятан клинок. Что ж, любопытная история, однако… — Зеркало, превратившееся в кинжал, это очень интересно. Но как это может нам помочь. Мастер Уилл пожал плечами. — Понятия не имею, добрый Палач. В любом случае, утро вечера мудренее, или как говорят в Империи: здравые мысли в людское ухо вложил петух, и ухо оглохло. Пора идти на боковую. А вы, ваша светлость, и без того дурно спите, вам снятся налоги и армия Мирабель у стен замка, во сне вы ворочаетесь и весьма гадко ругаетесь. Шут, очевидно, сказал лишнее, потому что графиня пнула его в голень, словно деревенская девица, затем поднялась и изящным жестом потомственной аристократки распустила всех по спальням. Фламэ поспешил откланяться и, взяв ведьму за рукав, утянуть за собой. — Странные у них отношения, — пробормотала та, оглядываясь назад. Графиня как раз поднялась под руку с шутом на второй этаж и скрылась в темном коридоре. — Мастер Уилл любовник леди Брианны, тут нет ничего странного, — дернул плечом Фламэ. — И это не наше дело. А вот и ваша комната.Доброй ночи. |