Книга Господин горных дорог, страница 12 – Дарья Иорданская

— Почему ты не поедешь к родне мужа? — Абель первым не выдержал длительного молчания и спросил непривычно прямо.

Кела растерялась, и оттого честно ответила.

— Я их не знаю. Я никого не знаю по ту сторону перевала.

— Так может тебе стоит познакомиться? — Абель нежно улыбнулся. — Это будет лучше, чем бесконечное сидение в деревне, где тебе, как я вижу, не рады.

Тогда Кела обиделась и отказалась продолжать этот разговор. Но за окном постепенно начиналась весна,и ее мысли все чаще и чаще возвращались к этой идее. Снег почти растаял, и путь через горы открылся; отшумела первая весенняя ярмарка. Ярким солнечным утром Кела собрала в дорожный мешок самое необходимое и коротко сказала:

— Идемте, я проведу вас через перевал.

Она впервые пошла в горы самостоятельно, даже хотела оставить Господину требу. Заставила себя отвернуться от алтарного камня и решительно уйти вперед. Шагов через сорок не выдержала, повязала на ветку маленькой кривой сосны свою ленту и только тогда пошла дальше.

Пройти через горы оказалось вовсе не так сложно и страшно. Снег слежался, образуя корку, по которой можно было пройти, даже не используя снегоступы. Уже на закате Кела и Абель спустились по узкому ущелью к главной дороге. На горизонте мелькнули огни Ланга.

— Вы без труда дойдете по этой дороге до города, Кела, — улыбнулся Абель.

— А вы? — Кела вдруг почувствовала себя одинокой, беспомощной и очень маленькой.

— Мой путь лежит мимо Ланга, сожалею, — ангел склонился, чтобы поцеловать ее руку. — Я верю, что вы найдете в Ланге родных людей. Если же этого не случиться, отправляйтесь в трактир Лазора, там всегда есть недорогие и удобные комнаты внаем.

Кела кивнула. Абель вновь поклонился и исчез в сумерках, словно его никогда не было. Кела постояла немного, с надеждой оглядываясь на темные горы, а потом не слишком решительно пошла к Лангу.

Примечания:

* Злобник — приблизительно соответствует нашему январю-февралю. Очень ненастный месяц

* Копыл — здесь тип прялки, донце и лопаска которого вырезаны из цельного куска дерева

* Холодник — примерно соотв. февралю-марту.

Город был слишком большим, и слишком шумным, и слишком сумасшедшим местом. Он напоминал весеннюю ярмарку, в Нижней деревне, только увеличенную стократ. Никому тут не было дела до бедно одетой молодой крестьянки во вдовьем платке. Ее попросту не замечали. Несмотря на позднее время фонари разгоняли темноту, и люди толпами ходили по улицам. Наконец Кела, осмелев, спросила дорогу к трактиру Лазора. На нее посмотрели с большим сомнением, и ответа Кела не дождалась ни в этот, ни в следующий раз. Третий прохожий предложил ей прогулку. Кела предпочла сбежать. Ночевать ей было негде, и она успела серьезно пожалеть об уходе Абеля. Наконец какая-то сердобольная старушка позволила Келе переночевать на кухне у очага.

Наутро Кела вновь отправилась на поиски. На этот раз она описывала Григора в надежде, что кто-то его узнает. Вновь безрезультатно. Зато она смогла разыскать трактир Лазора, вывеска которого изображала веселенький горшок, переполненный кашей. Кела потопталась на пороге, не решаясь зайти в опрятную, достаточно богато обставленную залу, где буфеты сверкали хрусталем и фаянсом, а над стойкой высилась целая батарея разноцветных бутылок. Трактир был пуст, только у камина сидел на корточках мужчина. Он поднялся на звук дверного колокольчика, пошатнулся и застыл. Келу смутило пристальное внимание.