Книга Рыжее братство: Точное попадание. Возвращение. Работа для рыжих, страница 116 – Юлия Фирсанова

Двигались мы довольно быстро, не столько потому, что торопились, сколько для того, чтобы избежать настойчивых нескромных предложений, сыпавшихся в изрядном изобилии. Пока удавалось отмахиваться и отшучиваться без проблем. Лакса, кстати, в веселом квартале знали неплохо. Время от времени какая-нибудь шлюха (не в оскорбление, но обозначая профессию, будет сказано), а то и две-три, вешались моему приятелю на шею, чтобы залепить сочный поцелуй и лукаво спросить, когда же он, мерзавец, придет их навестить?

Лакс делал вид, что ему неудобно от такой популярности, но по поблескивающим глазам и самодовольной ухмылочке я поняла, что парень собой весьма гордится. Все-таки мужики неисправимые павлины!

– Ты не сердишься? – улучил минутку, чтобы бросить вопрос.

– С чего бы? – мило улыбнулась приятелю. – Они ведь нас не задерживают. Наоборот, интересно, я никогда раньше столько шлюх сразу вблизи не видела.

– А? Ага, – кивнул Лакс и отвернулся, кажется, капельку разочарованный.

А чего он хотел? Чтобы я заявила, будто желаю выцарапать глаза каждой из этих разрисованных кукол? Ну желаю, только не скажу и не покажу вида. Не магевское это дело, друзей к шлюхам ревновать. А так хочется врезать нахалкам!..

– Эй, красавица, не хочешь позабавиться? – наконец, не убоявшись магевского звания, окликнул меня какой-то весьма мускулистый высокий парень в черных кожаных штанах, совершенно непотребным образом облегающих все хозяйство, и распахнутой на груди белой рубашке. Я даже приостановилась, соображая, а не подкладывает ли он чего в свои штаны для большей рельефности.

– Магева спешит, – неожиданно резко и почти злобно ответил Лакс и буквально потащил в открывшийся между домов проулок. – В этой толкотне мы еще долго пробираться будем, – поспешно объяснил поступок вор. – Я тут одну дорожку знаю, вмиг к «Трем сапогам» попадем.

– А? Ага, – скопировала я фразочку Лакса и сделала вид, что оглядываюсь в сторону улицы, на которой остался «хозяйственный» парень, сделавший мне нескромное предложение.

Вор скрипнул зубами и надолго замолчал. Ура-а-а! Сработало! Вот так-то! Съел, дружок? Не будешь мне своих девочек демонстрировать! Я так увлеклась самодовольным обдумыванием собственной выходки и ее последствий, что почти перестала смотреть по сторонам, тем паче что задворки веселого квартала были куда менее привлекательны, чем его парадный фасад. Чем-то это походило на перевязь Портоса – спереди позолота, а сзади… На что хватило денег, на то хватило, нечего придираться. Люди сюда не за эстетическими переживаниями ходят.

Дальше мы двигались уже спокойнее, шум веселья слышался глуше, где-то чуть в стороне, и люди стали попадаться значительно реже, к тому же никакого особого интереса к нам не проявляли. Фаль, наслаждавшийся яркой суматохой, даже капельку заскучал. Внезапно Лакс споткнулся на ровном месте и, выпрямляясь, грязно выругался.

– Ты чего? – опешила я.

– За нами идут, – очень тихо шепнул вор и тут же, громко икнув, принялся с пьяными завываниями расписывать красоту ночи и, что удивительно, мои прелести.

– И что с того? Ограбить, что ли, хотят? – поинтересовалась я, стараясь не обращать внимания на сочные комплименты, от которых краснели даже уши и как-то подозрительно теплело в груди.