Книга Рыжее братство: Точное попадание. Возвращение. Работа для рыжих, страница 313 – Юлия Фирсанова

– Тебе как, значение каждого слова в письменном виде представить для расширения кругозора? Словарный запас обогащать надумал? – съехидничала я, не понимая, чего Гиз хочет.

– Оса, многие человеческие маги с детства десятками лет учатся владеть своей силой, а и на десятую часть того, что ты можешь сотворить, неспособны, – промолвил убийца. – А ты говоришь – две недели…

– Значит, я просто очень талантливая, – пожала плечами, не понимая, из-за чего сыр-бор. Ну освоила применение рун экстерном, что с того?

– Девчонка. Куда же вы ее кинули, Силы? – шепнул одними губами Гиз, но я услышала. Впрочем, вступать в спор и доказывать, что я взрослая и умная, не стала. А ну его, пускай чего хочет, то и думает, у нас есть дела поважнее препирательств о моем возрасте по паспорту.

Фаль вот тоже так подумал, потому как обнаружил корзинку съестного. Малыш восторженно затрубил и умильно зачирикал, разрываясь между корзиной и поглаживанием крылышками моих щек:

– Оса, ты мне все принесла?

– Для тебя в трактире «Плаха» Кейр и Лакс полный стол вкуснятины держат, а это я для Кейсара притаранила, вдруг его тут плохо кормили? А на голодный желудок какой разговор? Ты, Фаль, если хочешь, нас не жди, прямо сейчас к парням лети, свою работу на «отлично» сделал, теперь наш черед, – предложила я.

Любопытство и желание набить пузико вступили в душе Фаля в могучее противоборство, первое победило, и сильф решил:

– Нет, я погожу пока, уж больно интересно с тобой. А Лакс и Кейр ведь все не съедят?

– Куда им, малоежкам, против твоего аппетита. Ну раз все решено, я снимаю чары и зову Кугмара, – предупредила друзей.

Начальник тюрьмы в свой кабинет просачивался с повышенной осторожностью, будто всерьез опасался застать тут пару десятков кровожадных призраков, задержавшихся на земле для совершения безжалостной расправы над его выдающимся во всех отношениях телом.

– Духи ушли, – оповестила я «Лучано», и все его тело изошло вздохом неимоверного облегчения. – Теперь ваша очередь держать слово.

– Могу я прежде спросить, магева, зачем вам этот разговор? У вас личные счеты с Кейсаром или приятельство? – осторожно, почти робко спросил этот большой мужчина.

– Ни то, ни другое, – ответила я. – Не так давно, по случаю, мы имели с ним беседу о смысле жизни, теперь мне хотелось бы завершить ее, полагаю, в свете нынешней ситуации разговор примет весьма занимательный оборот. К тому же повторюсь, я обещала псу, что он увидит хозяина. Если хотите, я могу вам дать слово, что не собираюсь устраивать Дергу побег из тюрьмы, несмотря на то что он мне глубоко симпатичен.

– Почему? – Кажется, «Паваротти» почти пожалел об отсутствии у меня таковых преступных планов.

– Вы дружите с Кейсаром? – неожиданно догадалась я.

Вместо ответа толстяк скорбно вздохнул и опустил глаза, комкая собственные пальцы-сосиски, как носовой платок. Ему было мучительно стыдно превратиться в тюремщика собственного друга, в тюремщика и сторожа перед казнью. Неотвратимость приговора и невозможность что-либо изменить тяжким грузом лежала на пухлых плечах вовсе не мрачного, несмотря на должность, человека.

– Если дружили, поймете. Коль он виновен, заслуживает наказания, а если нет, то побег не выход, а признание несуществующей вины. Тут надо действовать иначе, – твердо заявила я.