Книга Рыжее братство: Точное попадание. Возвращение. Работа для рыжих, страница 636 – Юлия Фирсанова

– Как ни странно, но она может оказаться права. Я не здешняя, поэтому сужу беспристрастно и к кое-каким выводам пришла. Хочешь послушать?

– Хм?.. – Может, призрак и хотел прибавить нечто нелицеприятное, но припомнил наутизи осекся.

– Магия вашего мира весьма своеобразна и, как любое творение, имеет уязвимые точки. Носителями силы выступают не только и не столько люди, сколько единственная порода камня и вид дерева, также уникальный. Артефактчик с помощью набора символов творит каналы для использования магической энергии по назначению. В ключевой момент создания он пропускает силу из ара через себя, вытягивая по… – назовем их каналами души – для того, чтобы артефакт начал действовать. Это требует таланта, которым обладает отнюдь не каждый. Тут, – я подобрала подходящее сравнение, – как копать траншею для воды. Можно сделать едва заметную полоску, а можно вырыть здоровенный ров, можно ровную с гладкими стенками, а можно кривую как походка пьянчужки. И от того, каким получился канал, зависит, насколько удачно сработает сотворенный ар. Каким-то образом артефактчики научились выявлять оптимально талантливых в «сбалансированном рытье» с «хорошей лопатой» и обучать именно их.

– А я? – завороженный моим рассказом, шепнул дух, оглаживая свой кругляш на цепочке.

– У тебя был дар, но, если судить по сотворенному ару, аккуратные каналы ты создавать не умел. Силу через себя пропускал рывками, так же и текла она в итоге из готового артефакта. Каждый созданный артефакт мог стать последним не только для тебя, но и для любого его владельца, с какой бы невинной или даже благородной целью ты его не создал. Лопата у тебя в руках была изначально кривая, как ни трудись, не исправишь.

– Но почему они не сказали мне этого, когда вышибали за ворота? – взъярился призрак.

– Ты бы поверил разумным словам, лишающим мечты и надежд? – Я пожала плечами. – А может, гильдейцы сами не знают истины и лишь чувствуют ее интуитивно. Только, сдается мне, кое-что понимал твой дядюшка. Ответь, не он ли нашел тебе учителя из черных?

– Он, – глухо уронил бедолага и повесил лопоухую голову. От былого задора не осталось и следа. Мне поверили.

– Извини, мне жаль, что все так получилось, – посочувствовала я духу под всхлипы сменившей гнев на сострадание Риаллы.

– А уж мне-то как жаль, – скривился мужчина и внезапно переменил тему: – Кошель-то забери, деньги лишними не бывают. Он здесь валяется. – Дух ткнул пальцем в нужное место. – Надеюсь, у вас получится исправить то, что натворил мой клятый дядюшка, и чему я, самодовольный и самовлюбленный дурак, посодействовал. Спасибо, что рассказали.

Собеседник отвесил нам (или все-таки лишь мне и Шеллаю) глубокий поклон и…

– Он исчез! Почему? – удивленно протянула девушка. Череп на горке камней остался единственным доказательством того, что под завалом были погребены жертвы.

– Призраки развеиваются, исполнив предначертанное, – с достоинством огласил Фаль прописную истину и практично уточнил: – Оса, а денежки заберем?

– Нас вроде как наследниками назначили, – рассудила я, машинально прикидывая, долго ли придется ворочать камни.

– Тебя, – зачем-то поправил Киз.

А змейка-браслетка, вернувшаяся с дуделочки на руку в процессе созерцания познавательного диалога с привидением, вдруг снова стекла струйкой ртути вниз по коже и по брючине прямо на камни и зарылась в них ловким маленьким буром. Через несколько секунд камни поддались, как земля, которую роет крот, и наверху показался кожаный кошель, набитый так туго, что даже толком не завязывался. Похоже, на такую сумму налички не был рассчитан. Гиз подобрал наследство. Фаль удивленно щебетнул.