Книга Испытание. Цена любви., страница 12 – Ирина Чардымова

Охранник внимательно посмотрел на моё заплаканное лицо, затем перевёл взгляд на Римму, которая стояла рядом и, молча, поддерживала меня.

– Хорошо, – наконец сдался он, – сейчас я позвоню наверх и узнаю, можно ли что-то сделать.

Мужчина удалился к себе на пост, и я услышала приглушённые звуки телефонного разговора. Каждая секунда ожидания казалась вечностью. Римма обняла меня за плечи, и я почувствовала, как её тепло немного успокаивает дрожь в моём теле.

Буквально через несколько минут, которые показались мне часами, охранник вернулся.

– Проходите, вас ждут в холле первого этажа, – сказал он, открывая нам дверь. – Доктор Олег Владленович спуститсяк вам.

– Ого, вот это сервис, – тихо прошептала мне на ухо Римма. – Хорошо, что врач согласился.

Когда мы вошли в больничный холл, меня окутала знакомая атмосфера медицинского учреждения, смесь антисептиков, лекарств и едва уловимого запаха человеческих страданий. Холл был почти пуст, освещён лишь дежурным светом, и наши шаги гулко отдавались от кафельного пола.

Посреди холла стоял мамин лечащий врач, с которым мы вместе прошли все трудности тех непростых лет. Олег Владленович выглядел уставшим, под глазами залегли тёмные круги, белый халат был слегка помят, но взгляд его оставался внимательным и сосредоточенным. Он пристально смотрел на меня, и я поняла, что новости будут тяжёлыми.

– Олег Владленович, здравствуйте, – поприветствовала я доктора, стараясь держаться изо всех сил. – Простите, что так поздно, но я не могла ждать до утра. Не смогла бы.

– Понимаю вас, – коротко ответил он, и в его голосе слышались усталость и сочувствие. – Садитесь, пожалуйста.

Он указал на скамейку у стены, но я осталась стоять, мои ноги не слушались, но сидеть было ещё невыносимее.

– Как мама? – с замиранием сердца спросила я, приготовившись к худшему.

– Приступ мы купировали, сейчас она спит под действием препаратов, – начал доктор, и я почувствовала мгновенное облегчение. – Но, Нина Александровна, я боюсь, что у вашей мамы случился рецидив. Болезнь вернулась.

– Что? – прошептала я, чувствуя, как мир снова начинает рушиться. – То есть ничего не помогло? Вся химиотерапия, все мучения, всё напрасно?

Слёзы полились по щекам ручьём, и я уже не пыталась их сдерживать.

– Завтра утром мы проведём все необходимые исследования, возьмём новые анализы, сделаем биопсию, и тогда поймём точно, с чем мы имеем дело, – терпеливо объяснил доктор. – Больше на данный момент, увы, я ничего определённого сказать не могу. Но мы будем бороться.

– А папа? – дрожащим голосом задала я следующий жизненно важный вопрос. – Мне сказали, что он в кардиологии, в реанимации.

– Да, Александр Валерьевич сейчас находится в кардиологической реанимации, – подтвердил доктор, и его лицо стало ещё серьёзнее. – Обширный инфаркт миокарда. Его состояние стабильно тяжёлое, но наши кардиологи делают всё возможное. Это хорошо, что плохо ему стало прямо у дверей нашей клиники, поэтому помощь была оказана немедленно.

– Как это произошло? –прошептала я, вытирая слёзы, только они всё равно упрямо лились из глаз.

– Видимо, он очень сильно перенервничал, – медленно рассказывал доктор. – После того как у вашей мамы купировали приступ и увезли её в палату, Александр Валерьевич вышел из больницы чтобы немного прийти в себя. И вот там, у входа, ему стало плохо. Резкая боль в груди, потеря сознания. Хорошо, что охранник всё видел и сразу вызвал медбригаду.