Книга Испытание. Цена любви., страница 21 – Ирина Чардымова

– Ладно, мам, я пойду, – сказала я, больше не в силах выдерживать её пристальный, любящий взгляд, каждая секундаздесь была словно пытка. – Мне ещё по поводу работы нужно узнать. Я скоро зайду к тебе.

– Да ты за меня не переживай, – отмахнулась мама с привычной заботой. – У меня всё хорошо, только панику зря подняли. А Саше скажи, что я его жду. Он, наверное, переживает.

Упоминание папиного имени ударило по сердцу, как молния. Переживает, конечно, переживает и сильно любит.

Точнее… Он очень переживал и всегда очень сильно любил маму. Вот и не выдержало его сердце.

– Хорошо, – ответила я, с трудом сдерживая подступающие слёзы, горло сжималось спазмом, и дышать становилось всё труднее. – Ну, я пойду.

Я наклонилась и крепко обняла маму, вдыхая знакомый запах её духов, смешанный с больничными ароматами. Поцеловала в щёку, чувствуя, как дрожат мои губы.

– Береги себя, доченька, – тихо произнесла мама, гладя меня по волосам. – И не волнуйся так. Всё будет хорошо.

Если бы она знала…

Я ещё раз улыбнулась ей с последним усилием воли и направилась к двери. Каждый шаг давался с трудом, ноги были невероятно тяжёлыми, словно к ним привязали гири. Но едва за мной закрылась дверь палаты, как меня подкосило. Я сползла по холодной больничной стене на пол и зарыдала, тихо, безутешно, всем телом.

Держаться больше у меня не было сил. Вся боль, весь ужас последних дней, вся тяжесть лжи обрушились на меня разом. Я сидела на больничном полу, прижав колени к груди, и плакала. Плакала по папе, по маме, по нашей разрушенной семье, по тому, что теперь нам только предстоит пережить.

***

Нина

– Нина Александровна, идёмте, – обратился ко мне подошедший Олег Владленович, его голос звучал мягко, но в нём чувствовалась профессиональная твёрдость.

Он осторожно взял меня под руки и помог подняться с холодного больничного пола. Ноги дрожали, словно не выдерживали тяжести навалившихся проблем. Кафельная плитка под ногами казалась ледяной, и этот холод пронизывал меня насквозь.

– Ваша подруга уже ждёт вас у меня в кабинете, – сообщил он, внимательно наблюдая за моим состоянием. – Да и мне с вами нужно обсудить дальнейшее лечение вашей мамы.

Я кивнула, пытаясь собраться с мыслями. Больничные коридоры вокруг меня словно плыли в тумане, белые стены, запах дезинфекции, приглушённые голоса медперсонала. Всё это создавало ощущение нереальности происходящего.

– Мне кажется, она догадывается, что с папой что-то не так, – поделилась я с доктором своими мыслями, мой голос дрожал от сдерживаемых слёз.

И это было вполне логично. Ведь мама с папой прожили вместе столько лет. Папа никогда вот так не пропадал и не уезжал, не предупредив маму. Ему бы не помешал никакой сломанный телефон, папа нашёл бы любой способ, чтобы сообщить маме о своих планах. Он мог бы попросить соседей, коллег, да хоть случайного прохожего! Даже когда мама болела в прошлый раз, и папа уезжал на длительные заработки в другой город, он каждый день находил способ с ней связаться. Он звонил из автоматов, просил знакомых передать весточку. А тут вдруг пропал, словно растворился в воздухе.

– Скоро мы начнём лечение, и визиты к вашей маме будут ограничены, – рассказывал доктор, и каждое его слово отзывалось болью в моём сердце. – Да и в этот раз лечение будет более агрессивным, поэтому в основном она будет спать. Организму будут нужны силы для борьбы.