Книга Развод в 45. (Не) Больно, страница 10 – София Брайт

Не выдерживаю и снова поднимаюсь на ноги, но не могу найти себе места. Хожу из стороны в сторону, стараясь унять внутренний холод, но мне будто становится лишь холоднее.

– Да сядь ты, не мельтеши! – раздраженно говорит Витя. – Снова скорую тебе придется вызывать. Еще не хватало тебя выхаживать!

Его грубость бьет наотмашь, я замираю на месте и поворачиваюсь к нему.

– Конечно, зачем выхаживать женщину, что хранила тебе верность больше двадцати лет и родила троих детей? Да и что ты так печешься? Сбагришь меня врачам, а сам будешь куролесить сколько душе угодно, хоть с Ирой, хоть с любой другой.

– Ну и дура ты, Лена! Если бы я хотел от тебя избавиться, то давно это сделал бы, – он снова делает несколько глотков и задумчиво чешет подбородок.

– Тогда ты не был пойман на предательстве! Настолько грязном и циничном, что я даже представитьсебе подобного не могла. Ладно, можно не любить жену, но брата!

– Я сказал, что никогда не хотел от тебя избавиться, – продолжает игнорировать меня супруг. – Но если ты продолжишь в том же духе, то, может, мне стоит над этим задуматься? Как считаешь?

– Так давай прямо сейчас и начнем! – не показываю, как больно и гадко мне от его поведения.

Возможно, конечно, всему виной выпитое Витей, но даже это не оправдывает той мерзости, в которую они с Ирой втянули всю нашу семью.

– Раз ты не хочешь отвечать на мои вопросы, то я сделаю иначе, – улыбаюсь, внезапно чувствуя, что нашла выход.

– Ну и что ты сделаешь? – он смотрит высокомерно, чувствуя себя чертовым хозяином положения.

А я сожалею, что он спрятал бутылку обратно в бар, лишая меня возможности разбить ее о его голову. Мне так хочется сделать ему больно, что это практически невыносимо. Но физическая боль быстро проходит. Поэтому бить нужно его совсем по-другому. Ударить с той стороны, с которой он не ожидает.

– Поговорю с Ириной. Думаю, теперь, когда все вскрылось, она не станет молчать и скажет все то, что ты так упорно скрываешь.

Взгляд Виктора мгновенно темнеет. И вот на меня смотрит не мой супруг, любящий и терпеливый, а наглый подонок, решивший, что ему все сойдет с рук.

– Ты не посмеешь лезть к Ирине, – говорит он низким утробным голосом, от которого у меня на коже появляются мурашки ужаса.

– Кто мне запретит? Ты? Тогда я проведу свой ДНК-тест.

– И что это тебе даст, Лена? Чего ты хочешь добиться?

– Ответов, черт возьми! Ты же понимаешь, что я не закрою глаза на такое ужасное предательство?

Витя смотрит на меня, и в его глазах мелькает что-то, что я не могу понять. То ли это страх, то ли злость, то ли… сожаление? Но он быстро берет себя в руки, и его лицо снова становится каменным.

– Лена, – он говорит тихо, но в его голосе слышится угроза. – Оставь Ирину в покое. Все, бывает, ошибаются. Я не хотел, чтобы так все получилось.

– Не хотел? – я почти смеюсь, но звук получается горьким и надрывным. – А как же так получилось, Вить? Не хотел, но оказался в койке с невесткой?

Он молчит, сжимая бокал в руке так, что костяшки пальцев белеют. Я вижу, как он борется с собой, сдерживая гнев. Но мне уже все равно. Я устала от его молчания, от его лжи, от его попыток уйти от ответа.

– Ты знаешь, что самое обидное? – продолжаю я, чувствуя, как слезы подступают к глазам, но я не даю им вырваться. – Что ты даже не пытаешься объяснить. Не пытаешься сказать, что это была ошибка, что ты сожалеешь. Ты просто сидишь и смотришь на меня, как будто я сама во всем виновата.