Книга Роковая ошибка, страница 19 – Майя Саммер

Он сделал паузу, и я увидела, как в его глазах блеснули слёзы.

— Я обещаю тебе, что буду любить тебя каждый день нашей жизни. Я обещаю быть рядом в радости и в горе, в болезни и в здравии. Я обещаю доверять нашей любви, даже когда всё вокруг будет говорить об обратном. Ты — мой дом, моя семья, моё всё. И я выбираю тебя, сегодня и каждый день.

Я почувствовала, как слёзы текут по моим щекам, но не стала их вытирать. Вместо этого я сжала руки Кирилла и начала свою клятву:

— Кирилл, ты вошёл в мою жизнь, когда я думала, что уже не способна любить. Ты показал мне, что значит быть по-настоящему любимой и принятой. Ты стал не только моим мужем, но и лучшим другом, опорой и партнёром во всём. Ты научил меня, что любовь — это выбор, который мы делаем каждый день.

Я сделала глубокий вдох, пытаясь справиться с эмоциями.

— Я безумно благодарна тебе за твоё доброе сердце, способное прощать. Я обещаю тебе, что буду выбирать тебя каждый день нашей жизни. Я обещаю быть рядом, что бы ни случилось. Я обещаю верить в нас, даже когда это будет казаться невозможным. Ты — моя сила, моё вдохновение, моя любовь. И я выбираю тебя, сегодня и всегда.

Когда мы закончили свои клятвы, я заметила, что не только у нас, но и у многих гостей на глазах были слёзы. Лёша, стоявший рядом с отцом, украдкой вытирал глаза, а Маша сияла от счастья.

Церемониймейстер объявил нас мужем и женой, и Кирилл притянул меня к себе для поцелуя. В этот момент я почувствовала, как все тревоги и страхи прошлого наконец-то отступают, уступая место чувству глубокого умиротворения и счастья.

Когда мы повернулись к гостям, я заметила движение в конце сада. Моё сердце пропустило удар, когда я узнала Лолу, стоящую в тени деревьев. Наши взгляды встретились, и я увидела в её глазах смесь грусти, раскаяния и, к моему удивлению, искренней радости за нас. Я слегка кивнула ей, чувствуя, как последние остатки горечи и обиды растворяются в этот момент триумфа любви.

После церемонии, когда гости начали поздравлять нас, я заметила, что Лёша стоит немного в стороне, наблюдая за происходящим с задумчивым выражением лица. Я подошла к нему, чувствуя необходимость убедиться, что с ним всё в порядке.

— Лёша, милый, как ты? — спросила я мягко, кладя руку ему на плечо.

Он повернулся ко мне, и я увидела в его глазах смесь эмоций — радость, неуверенность и что-то ещё, чего я не могла точно определить.

— Я… я в порядке, — ответил он, слегка запинаясь. — Просто… всё это кажется таким нереальным, понимаешь?

Я кивнула, чувствуя, как моё сердце сжимается от нежности к этому мальчику, ставшему мне родным.

— Я понимаю. Для меня тоже.

Лёша помолчал немного, а потом вдруг спросил:

— Нина… ты правда счастлива? С нами… со мной и папой?

Я почувствовала, как к горлу подступает комок. В его вопросе было столько уязвимости, столько надежды. Я обняла его, стараясь вложить в этот жест всю свою любовь и заботу.

— Лёша, послушай меня, — сказала я, глядя ему прямо в глаза. — Я не просто счастлива. Вы с папой и Машей — лучшее, что когда-либо случалось в моей жизни. Вы— моя семья, моё всё. И я благодарна каждый день за то, что вы есть у меня.

Глаза Лёши наполнились слезами, и он крепко обнял меня в ответ.

— Спасибо", — прошептал он. — Я… я тоже счастлив. Мы семья.