Книга Развод за 40 не приговор, страница 10 – Майя Саммер

Поздно ночью, уже лежа в постели, я почувствовала странное умиротворение. Да, впереди меня ждали трудности, но теперь у был кто-то, кто нуждался во мне больше всего на свете. Эта мысль придавала мне сил и уверенности.

Засыпая, я думала о будущем. О том, как буду держать на руках своего малыша, как буду учить его ходить и говорить. О том, как мы вдвоем будем гулять по паркам Москвы, кормить уток в пруду и есть мороженое в жаркие летние дни.

Эти мысли согревали моё сердце, заполняя пустоту, оставленную предательством Игоря. Я знала, что путь впереди будет нелегким, но я была готова пройти его ради моего ребенка. Ради новой жизни, которая теперь росла внутри меня, даря надежду и силы для нового начала.

Осколки семейного зеркала

Я стояла перед входной дверью своего детского дома, чувствуя, как каждый нерв в моём теле напряжен до предела. Глубоко вздохнула, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Знакомый запах сирени, растущей у крыльца, вызвал поток воспоминаний о беззаботном детстве, которое теперь казалось таким далеким и нереальным.

Дрожащей рукой нажала на звонок. Звук эхом разнесся по дому, и через несколько мгновений дверь открылась. На пороге стояла Зинаида Павловна, моя мать, с натянутой улыбкой на лице.

— Ниночка, наконец-то ты пришла. Мы уже заждались, — сказала она, отступая в сторону, чтобы пропустить меня.

Я вошла в дом, и знакомый запах маминых духов и свежеиспеченного пирога окутал меня. Сняла пальто и прошла в столовую, где уже сидели Игорь, Лола и Зинаида Павловна. Напряжение в комнате было таким густым, что его, казалось, можно было резать ножом.

Игорь сидел, уставившись в свою тарелку, избегая встречаться взглядом с кем-либо. Лола нервно теребила салфетку, ее глаза были красными, словно она недавно плакала. Зинаида Павловна суетилась вокруг стола, расставляя приборы и поправляя скатерть.

— Садись, Ниночка, — сказала мать, указывая на свободное место. — Я приготовила твой любимый пирог с яблоками.

Я молча села, чувствуя, как ком подкатывает к горлу. Посмотрела на Игоря, пытаясь поймать его взгляд, но он упорно смотрел в сторону. Зачем я согласилась на этот ужин?

— Ну что ж, давайте начнем, — провозгласила мама, разливая суп по тарелкам. — Лолочка, дорогая, передай мне хлеб, пожалуйста.

Лола протянула хлебницу, и ее рука слегка дрожала. Я заметила это и почувствовала, как внутри поднимается волна гнева и обиды.

— Как дела на работе, Игорь? — спросила мама, пытаясь разрядить обстановку.

Игорь откашлялся.

— Все хорошо, спасибо. Много проектов, как обычно.

— А у тебя, Ниночка? Все так же пропадаешь в офисе допоздна? — в голосе матери прозвучала едва заметная нотка упрека.

Я сжала челюсти.

— Да, мама. У меня ответственная должность, ты же знаешь.

— Конечно, конечно, — покивала мама. — Только вот семьей тоже нужно заниматься. Правда, Игорь?

Игорь поперхнулся супом и закашлялся. Лола бросила на него встревоженный взгляд.

— Мама, давай не будем сейчас об этом, — тихосказала Нина.

Я не хотела расстраивать маму.

— А когда же еще? Ты так редко нас навещаешь, — Зинаида Павловна покачала головой. — Вот Лолочка, молодец, каждые выходные приезжает.

Почувствовала, как терпение истощается.

— У меня есть работа и обязанности, мама. Я не могу просто так все бросить.