Книга Развод в 45. Второй шанс, страница 18 – Аврора Сазонова

Это правда. Вчера плакала, потом все намывала. Телефон лежал разряженный. Не хотела его включать. Не хотела говорить с Кристиной бодрым голосом. Врать, что все хорошо.

Алина медленно проходит в комнату. Останавливается посреди. Оглядывается вокруг. Лицо каменеет. Смотрит на облезлые стены, которые я вчера пыталась отмыть.

– Господи, Маринка, – шепчет она. – Это же жуть какая-то.

Закрываю дверь. Прислоняюсь к ней спиной. Смотрю на подругу. Она здесь первый раз. Кристина видела. Артем видел. Алина нет. Специально не приглашала. Стыдно.

– Временно, – устало повторяю знакомые слова. Те же, что говорила дочери. – Найду работу, сниму что-то лучше.

Алина качает головой. Подходит к окну. Смотрит во двор. Лицо морщится от отвращения. Один из алкоголиков справляет нужду у мусорного бака. Расстегивает ширинку прямо на виду. Остальные громко хохочут.

– Здесь нельзя жить, – резко разворачивается подруга. – Ты слышишь меня? Нельзя.

Пожимаю плечами. Иду на кухню. Наливаю воду в чайник. Ставлю на плиту. Конфорка загорается неровным синим пламенем. Газ подается с перебоями, хозяйка говорила, что плита старая. Менять не будет.

Алина следует за мной.Останавливается в дверном проеме. Скрещивает руки на груди. Смотрит на меня так, как смотрела еще в школе, когда я отказывалась списывать контрольную.

– У меня есть предложение, – твердо говорит она. – Выслушай до конца.

Достаю две чашки из шкафчика. Ставлю на стол.

– Я дам тебе денег, – продолжает подруга. – Сколько нужно. Снимешь нормальную квартиру. В человеческом районе.

Качаю головой. Чайник закипает. Пронзительно свистит. Выключаю газ. Наливаю кипяток в чашки.

– Нет, – коротко отвечаю. – Не возьму.

– Маринка, не упрямься, – Алина подходит ближе. Запах духов усиливается. – Я не могу смотреть как ты здесь умираешь.

Протягиваю ей чашку. Беру свою. Дую на горячий чай. Обжигаю губы.

– У тебя своя жизнь, – тихо говорю. – Свои расходы. Я не стану обузой.

Двадцать четыре года была обузой для Игоря. Он так сказал в последний разговор.

“Ты была обузой. Тянула меня вниз. Своими разговорами о быте. Своим видом. Своим существованием.”

Не хочу быть обузой для подруги. Для дочери. Ни для кого. Лучше жить здесь. Одной. Свободной. Пусть в нищете, но не зависимой.

Подруга ставит чашку на стол. Не притрагивается. Пристально смотрит на меня.

– Тогда другой вариант, – выдает она. – У меня есть накопительный счет. Процент хороший.

Поднимаю взгляд. Вопросительно смотрю на нее.

– Положи туда свои деньги, – продолжает Алина. – Те, что дал Игорь. Пока будешь искать работу, они будут расти. Через полгода снимешь с процентами. Будет больше чем сейчас.

Сажусь на шаткий стул. Обхватываю чашку обеими руками. Тепло обжигает замерзшие пальцы. В квартире холодно, батареи еле теплые. Отопительный сезон формально начался, но в этом доме трубы старые. Тепла почти нет.

– Не знаю, – неуверенно бормочу. – Это все мои деньги.

Конверт с деньгами на полгода. Алина садится напротив. Наклоняется через стол. Берет мои руки в свои. Теплые мягкие ладони. С маникюром. Кожа нежная, ухоженная.

– Я же не чужая, – мягко говорит она. – Столько лет дружим. Доверяешь мне?

Смотрю в карие глаза подруги. Теплые. Знакомые с детства. Вспоминаю как мы вместе пошли в первый класс. Как я жила у нее неделю, когда мои родители развелись. Как она держала мою руку, когда я рожала Кристину, Игорь тогда уехал в командировку.