Книга Снегурочка. В розыске, страница 4 – Анна Герц, Вера Орлова

— Леон! — кричу я. — Леон!

Раздается еще один выстрел. Под Сычом расстилается лужа крови, а Рождественский лежит на земле без движения, белый и снег искрищайся волшебным светом окрашен в алую кровь. Кровь майора Рождественского. Я бросаюсь к нему и падаю перед ним на колени.

— Тихо, тихо! — приподнимаю его голову я, а потом зажимаю рукой рану на его груди.

Господи нет. Не забирай его. Один раз я его уже потеряла, не забирай его второй раз, прошу не забирай.

— Снегурочка! — произнес Рождественский на секунду открывая глаза. — Сколько лет сколько зим!

Он тут же закрывает их, а по моим щекам текут слезы. Нет, майор Рождественский, нет, ваше время еще не пришло.

* * *

Я устало отпиваю кофе. Страшноэто врагу не пожелаешь когда от тебя зависит жизнь твоего близкого некогда самого родного человека не считая мамы. Руки бешено дрожат. Я отставляю в сторону чашку с кофе. Мне до ужаса страшно, наверное, так страшно мне было последний раз когда делали операцию маме.

— Как ты?

В ординаторскую вошла Аня. Тоже хирург и моя хорошая подруга. Она была мне, как сестра и всегда понимала.

— Господи, я даже не представляю, что ты пережила, когда сегодня его спасала! Я бы так не смогла, ты женщина герой, детка!

Я прикрыла глаза. Женщина герой. Один Бог видел, как дрожали мои руки когда я спасала Рождественского и понимала двенадцать лет прошло, а чувства не забыты, я все также его помню. Его глаза, его силу, его внутреннюю мощь.

— Соня действительно герой! Это надо отметить! И Рождественский спас ей жизнь и Соня ему, надо же какая встреча спустя двенадцать лет! Двенадцать лет и сердца воссоединились, молодцы ребята! Просто красавичики!

Я мрачно подняла свой взгляд на вошедшего главного врача. Объект вожделения всех наших женщин, высокий сильный, не красавец по общепринятым меркам, но женщины пачками падали к его ногам. Шарм, обаяние, а может эти большие красивые наглые глаза были их вожделением, я не знала, но ни одна перед ним устоять не могла. Кроме меня и Ани, а остальные даже врачи в возрасте и те теряли контроль перед его обаянием. Царев Ренат Маратович-наш главный врач и по совместительству мой муж. Официальный супруг. Только счастлива ли я с ним?

— Я пойду, надо обход сделать, попозже зайду, Соня!

Аня никогда не скрывавшая что не любит Царева и его семью вынудившую меня выйти замуж за него чтобы я стала любимой игрушкой их сына, выскользнула за дверь. Мы с Царевым остались вдвоем, только я и он. Муж прищурился, а я отпила кофе, двенадцать лет прошло, а я так и не смогла его полюбить, не смогла.

— Как ты? Я испугался! Безумно испугался! Девочка моя! Моя любимая!!!!!

Он подошел и рывком подняв меня прижал к себе. Его сильные руки сгребли меня в охапку. Любая бы на моем месте была бы счастлива только ни я. Меня трясло от одного его прикосновения. С годами Царев не растерял пыл и казалось страсть накрывала его с головой, но это не мешало заводить ему любовниц и об этом знала не только я, но и вся больница.

— Я сразу приехал, малышка моя! Позвала бы другого хирурга, не лезь больше никуда!

Он еще крепче сжал меня, а я непроизвольно положила руки ему на плечи. Я понимала что он никогда не отдаст мне Маринку, как и его семья, а я без нее не смогла бы.

Уйти я хотела давно, во первых понимая что никогда не любила мужа, во вторых его бесконечные измены, а в третьих презрение его семьи, я видела, как относятся ко мне и к моей семье. К моей сестре, к бабушке. Меня презирали и за двенадцать лет я так и не стала родной, просто игрушка для любимого сына, а еще хороший врач и не более того.