Книга Истинная с коготками для дракона, страница 61 – Алена Шашкова

— И как это… относится к моему обучению?

— Это относится к вам, Кэтти, — говорит куратор. — А обучение… Я думаю, вам надо отработать выставление защитных куполов в экстремальных условиях.

— Что?

Джонс поднимается со своего кресла, обходит стол и, оперевшись на спинку позади меня, склоняется к моему уху.

— Я помню, что плетение купола у вас получается лучше всего, — говорит он. — Но вы должны уметь создавать его в любых условиях, даже крайне нестабильных.

Я замираю, зачарованная его тихим голосом и ароматом можжевельника, от которого начинает кружиться голова. Даже думаю отказаться: не тянет заниматься после не самого легкого дня! Но потом Джонс огорошивает следующим вопросом:

— Кэтти, полетаем?

Я молчу, не зная, как на это реагировать, но тело оказывается гораздо более чувствительным. Сердце начинает ускоренно биться, дыхание замирает, а по коже пробегают мурашки. И эта реакция не оставляет никаких сомнений в том, что хочет ответить: «Да! Да! И еще раз да!»

— Опять… в лапах? — хрипло произношу я.

— А ты хочешь в лапах? — спрашивает Джонс.

— Нет.

— Тогда на спине, там гораздо удобнее, — усмехается куратор и отстраняется.

Даже не тешу себя мыслью, что у меня есть хоть малейшая возможность отказаться. Я же сама себе потом не прощу! Мне выпал невероятных шанс покататься на драконе, а я откажусь? Да ни за что на свете! Если уж я сюда попала, то из этого мира надо выжимать максимум!

Джонс выходит из кабинета, и я следую за ним на крышу. Ночной воздух свеж и прохладен, но я не мерзну — рядом с Джонсом всегда тепло, как с печкой.

— Не бойся, — говорит он мне с легкой улыбкой и отходит чуть дальше, чтобы перекинуться в дракона.

Вспышка золота ослепляет на миг, и вот передо мной уже не мужчина, а великолепный огромный золотой дракон. Сейчас, в темноте, кажется, что он даже сияет изнутри теплым, согревающим светом.

Он разминает шею, выпускает из носа струйку дыма и опускает для меня крыло, чтобы было удобнее подниматься. Я забираюсь ему на спину, устраиваясь между огромных шипов у основания шеи. Чешуя теплая, гладкая и словно живая под моими руками.

Джонс издает рык, в котором я слышу «держись!», поэтому покрепче хватаюсь за шип. И он одним мощным движением отталкивается от поверхности башни, и мы взмываем в небо.

Ветер сильно бьет в лицо, мешает держаться на спине дракона и даже смотреть по сторонам, и я вспоминаю о цели нашего полета — научиться защитному плетению в любых условиях.

Я уже замечала сегодня, что магические потоки ведут себя «приличней», они быстрее и чутче отзываются, легче контролировать силу, которую вливаю в плетение. Поэтому когда у меня выходит установить защитный купол с первого раза, я даже не сильно удивляюсь. Нет, все равно удивляюсь.

Дракон одобрительно рычит, делаетмощный взмах крыльями и поднимает нас еще выше. Мы взмываем над самыми высокими шпилями академии. Внизу, как на ладони, лежит территория, расчерченная светящимися магическими фонарями аллей.

Но Джонс не останавливается на этом. Он слегка наклоняется, делает вираж и, видимо, набирает скорость. Благо мой купол выдерживает это испытание, а, может, куратор как-то поддерживает его своей магией на всякий случай.

Теперь подо мной раскидывается весь Лоренхейт. Я видела его только на картах в учебниках, но вживую он потрясает. Тысячи огней мерцают внизу, словно отражение звездного неба. Извилистая река, разделяющая город, кажется лентой из черного бархата.