Книга Истинная с коготками для дракона, страница 58 – Алена Шашкова

— Мист! — зову я Хранителя.

Она снова появляется в другом конце кабинета, думая, что я буду ворчать и злиться. И, наверное, в любом другом случае я бы так и сделал, но не сегодня. Сегодня она помогла подтвердить то, о чем я догадывался, но никак не мог поверить.

— Ты спасла мне жизнь, — говорю я до того, как она начала извиняться.

Мист замирает, вскидывая на меня изумленные глаза.

— Но… вы же… Она могла пострадать!

Я провожу рукой по волосам, пытаясь понять, насколько Хранитель сейчас притворяется, и когда первый раз догадалась, что Кэтти для меня не просто ученица и что ей, вероятнее всего, ничего не угрожало.

— Ну ты же мой Хранитель, а не ее… Ты делала все, чтобы спасти меня.

Намеренно вывожу ее на другие мысли, и мой расчет оправдывается.

— Она сама хотела, — бурчит Мист, уже заметно приободрившись. — Она так испугалась за вас. И сыр не просила. Только воду и тряпки. Видели бы вы, как она к вам бежала… А как побледнела, когда увидела эту вашу страшную рану на спине…

Кэтти… Невозможная девчонка. Сначала влипает в неприятности на крыше, а потом лезет в пасть к умирающему дракону, чтобы делать примочки. И я все еще не могу понять, что она думает обо мне. Естественно, что между нами прочная стена из статусов, возраста и еще много чего, но… о чем говорит ее собственное сердце?

— Мне нужно к ректору, — бросаю я Мист. — Приведи здесь все в порядок.

В кабинете Ферста пахнет крепким кофе и какими-то травяными настойками. Ректор сидит за столом, потягивая черныйароматный напиток, а целительница расставляет на кофейном столике какие-то пузырьки.

При моем появлении их расслабленность исчезает, и я оказываюсь под прицелом двух изучающих взглядов.

— Ты выглядишь ненормально бодрым для того, кто вчера поймал заряд, способный снести половину академии, — вместо приветствия произносит Ферст, отставляя в сторону чашку.

— Не мне напоминать тебе об особенностях моего рода, — отвечаю я, присаживаясь в кресло.

— Но и не нам рассказывать, как погиб твой дед, — вставляет свое замечание Курт.

Она не тратит время на разговоры, сразу подходит ко мне, и ее пальцы обхватывают мое запястье. Будь мы где-то в другом месте, а не в академии, у нее, во-первых, ничего бы не вышло, а во-вторых, она могла бы от такого вмешательства в мою магическую систему и откат получить.

Но тут я подписал магическое разрешение на то, чтобы Курт свободно проверяла мое состояние. Это непривычно, но я точно знаю, что уж ей-то я могу доверять.

— Жив, здоров, но не без сюрпризов, — выдает свой диагноз Курт.

Мы с Ферстом переглядываемся. Он понимающе усмехается: этот жук точно сразу все понял, потому и назначил кураторство. А Курт… если она и не знала раньше, то теперь знает наверняка: не могла не почувствовать эхо эльфийской магии в моих каналах.

— А теперь, когда ты окончательно осознал всю серьезность ситуации, давай серьезно, Иррегард, — Ферст заметно мрачнеет. — Я не буду напоминать тебе законы, по которым до выпуска из академии семья решает многие вопросы за студента. И то, что изначально это должно было служить защитой.

Я тоже хмуро киваю.

— Да, только используется это… мягко говоря, неправильно.

— Именно, — говорит ректор. — Но у оборотней все еще хуже. Вот эти все сделки с куплей и продажей вполне легальны, поскольку по изначально заключенному с ними пакту, король не вмешивается в традиции оборотней. К тому же эти ритуалы не имеют обратного хода, так как не просто передают студента из одной семьи в другую, они магически «переоформляют» оборотня. И… Тут мы уже ничего не можем сделать.