Книга Истинная декана. Дочь врага, страница 103 – Алена Шашкова

Я вся замираю. Чувствую, как пальцы сжимают чашку, рискуя сломать тонкий фарфор, а в душе словно маленький огонек загорается неприятное чувство — ревность.

— У нее могло быть блестящее будущее, если бы не чувства, — Ругро снова отворачивается. — Она могла стать лучшей в элитном королевском отряде. И я предупреждал, что ее влюбленность может быть…

Куратор трет ладонями лицо, словно отгоняя от себя призраки прошлого, словно все еще виня себя в произошедшем.

— Она была из простой семьи, а он… аристократом-придурком типа твоего Филиса, — в голосе то ли издевка, то ли тщательно скрываемая боль. Но меня все же царапает его замечание, потому что Ардеас при всей своей заносчивости все же оказался человечным. — Этот парень был не готов к тому, чтобы взять на себя ответственность за внебрачного ребенка.

В груди все сжимается от понимания ужаса ситуации, в которой оказалась девушка. Я очень хочу надеяться, что в этой истории счастливый конец, хотя понимаю, что вряд ли. Иначе бы не было этих историй в газетах.

— Я помог ей отчислиться и доучиться в закрытой академии на востоке страны. Конечно, теперь она не боевой маг, но сильная целительница. Ее ценят и некоторые ездят даже из столицы, — продолжает Ругро. — Давно у нее не был, надо бы заглянуть. Ну а мальчонку ее я обязательно жду к себе на обучение.

Все же ревную. К той теплоте, с которой куратор рассказывает о своей студентке. Я вижу, чувствую, что она не интересовала его как женщина, но все же…

— А что было с парнем? — спрашиваю я, потому что я хоть и не кровожадная по своей натуре, но мне безумно хочется, чтобы парень получил по заслугам.

На лице Ругро появляется злорадная ухмылка, а в глазах — опасный блеск.

— Я сделал все, чтобы его отчислили. И чтобы в боевых структурах места ему не нашлось, — говорит он. — Я хоть и не советник, как его отец, но война сближает больше, чем балы. Мстить я умею.

— Но откуда тогда все эти слухи? Почему не было опровержения?

— Люди любят сплетни, грязные истории… И их как раз легко распространить на балах, — Ругро переводит усталый взгляд на меня. — Ректор тогда постарался замять дело, но родитель того парня потратил изрядное количество времени и денег, чтобы окончательно испортить мою репутацию. Не то, чтобы я был против. Мне было все равно. Но с тех пор среди моих подопечных почти не бывает девушек, чему я очень рад.

— И тут я, которую навязали, — тяжело вздыхаю и отношу чашку на комод. — Я… Мы можем все забыть. То, что тут…

Хорошо, что я стою к нему спиной, а то вообще не знала бы, куда деться от смущения. О чем я говорю? Конечно, надо все это забыть!

— Ты этого хочешь? — голос Ругро раздался прямо над моим ухом, а спину опалил жар горячего тела. — Считать то, что тут ничего не произошло?

Хочу ли я? Да я, даже если бы захотела, больше всего в жизни, просто не смогла бы! Потому что это он. Потому что я узнала, как это может быть. Потому что… он снова приоткрылся и стал ближе.

— У тебяесть последний шанс, Касс… Я могу перенести тебя в боевой корпус, а ты вернешься к Филису, или… я тебя не отпущу. Решай.

Я замираю, совершенно не понимая, что означает фраза Ругро. Что он имеет в виду? Не отпустит? И при чем тут вообще Филис?

Ругро разворачивает меня к себе лицом, кладет ладонь мне на щеку, проводя большим пальцем по подбородку, по губам, в его темноте его глаз теплится что-то такое, что зажигает яркий огонь в моей груди.