Книга С приветом из другого мира!, страница 145 – Марина Ефиминюк

– Хэлл, ваш хозяин был не в форме, когда выходил из этой комнаты. Возможно, ему нужна помощь.

Секретарь как-то странно кашлянул, что-то промычал и вдруг с самой серьезной миной покрутил возле моего лица сложенными щепоткой пальцами, изобразив божественный круг двуединого.

– Вы серьезно? – Я уперла руки в бока и глянула на него как на юродивого.

– Леди Мейн, я от всей души желаю, чтобы вы оставались в добром здравии.

– Знаю, потому что до вас по-прежнему не добрался фарфоровый сервиз, – проворчала я.

– Вообще-то, я искренне вам симпатизирую, но вы совершенно правы. – Хэллавин никогда не стеснялся признаваться в меркантильности.

– Тогда уж повесьте мне на шею знак двуединого, – проворчала я. – Чтобы наверняка сохранить здоровье.

Хэлл присмотрелся к медному разомкнутому кольцу, висящему на стене, и покачал головой:

– Болезной нужнее.

Не удержавшись, я все-таки возвела глаза к потолку, внезапно обнаружила возле светильника черный след, будто что-то взорвалось, и быстро вышла из комнаты. Слуги подтвердили, что хозяин направился прямиком в библиотечную башню и был жуть какой странный. Между слов так и звучало «страшный».

В замке между тем становилось все темнее и холоднее. Пока я поднималась по винтовой лестнице, одна за другой с хлопками перегорали настенные лампы. Бледные магические шарики разлетались мелкими мушками, а дневной свет все туже проходил через окна, затянутые невидимой глазу заслонкой.

Перед высокими двустворчатыми дверьми я занесла кулак, чтобы постучаться, но помедлила и коротко выдохнула. Вдруг раздался щелчок, бронзовая ручка опустилась сама собой, словно на нее нажали изнутри. Одна створка бесшумно приоткрылась.

– Я слышу, как ты дышишь, – прозвучал в настороженной тишине знакомый и одновременно чужой голос Фостена.

Посчитав, что отпертый замок – это практически любезное приглашение зайти, я открыла дверь пошире и перешагнула через порог. На долю секунды во мне вспыхнуло ощущение, что я вхожу в клетку с диким зверем. Даже тряхнула головой, чтобы избавиться от этого неприятного чувства. Удивительно, но помогло.

– Не закрывай дверь, Мария, – раздался быстрый приказ, когда я по привычке хотела ее прикрыть.

– Как скажешь, – спокойно согласилась с мужем.

– Открой шире.

Створки пришлось открыть нараспашку, словно мы приглашали на огонек всех желающих, но вряд ли кто-то сейчас решится сунуться в дальнюю башню. Я осмотрелась вокруг. Библиотека утопала в полумраке, свет практически не проникал сквозь окна, но обстановка оказалась нетронутой. Шкафы, книги, мебель – все было целым и стояло на своих местах. Новая почтовая шкатулка, заменившая разбитую в прошлый раз, по-прежнему занимала край стола. На крышке пульсировал алый камень.

Фостен стоял на ступеньках, ведущих к галерее, и смотрел на меня из-под полуопущенных ресниц. Рука в кармане, шнуровка на груди рубашки распущена. Казалось, будто он в порядке, но впечатление было ошибочно.

– Из замка снова исчезли свет и тепло, – тихо проговорила я.

– Полагаешь, мне надо лучше себя контролировать?

– Полагаю, чувствуешь ты себя паршиво, – не поддалась я на провокацию. – Как ты, Фостен?

Он кривовато усмехнулся.

– Пытаюсь быть вам добрым мужем, леди Мейн, поэтому уединился в библиотеке, – с колким сарказмом ответил он. – Если вы убедились, что я не полег с сердечным приступом, то позвольте мне и дальше изображать паршивое благородство в идиотском одиночестве. Поверьте, оно дается мне с большим трудом.