Книга С приветом из другого мира!, страница 165 – Марина Ефиминюк

В гробовой тишине было слышно, как Зефира пытается вырваться из рук горничной.

– Отец, матушка, здравствуйте, – чинно кивнула я, больше не стесняясь называть их родителями, и за каким-то чертом слегка поклонилась.

Для глобуса мой вежливый жест оказался смертельным приговором. Миниатюрный земной шар сорвался с подставки, с грохотом упал на пол и покатился под ноги оцепеневшим Артиссам. Недолго думая, под испуганное оханье горничной Зефира рванула следом. В прыжке превратившись в огромного дога, она толкнула Фостена и бросилась за мячиком с леденящим кровь басовитым гавканьем. Из корзины посыпались цветы.

– Стоять! – грозно скомандовал муж.

От его негромкого приказа по стойке «смирно» встали все. Возможно, и внешний мир. Цветы зависли в воздухе, с них сыпались лепестки. Зефира заскользила по мраморному полу когтистыми лапами, обратилась мелкой собачонкой и уселась на плотненький зад в позе вышколенного домашнего питомца. Глобус докатился до сына Артиссов и остановился, уткнувшись ему в ботинки.

– Это тебе подарок, – зачем-то пояснила я в звенящей тишине.

Последовала странная пауза. Замершие в полете цветы плюхнулись на пол.

– Эзра, поблагодари сестру, – сцедила леди Артисс.

– Спасибо, сестрица, – послушался отрок.

– Кто это? – Она указала на Зефиру, и та визгливо тявкнула, растопырив внезапно огромные уши.

– Единорог, – призналась я. – Свадебный подарок от мужа.

Тот тихо хмыкнул.

– Очень мило с его стороны, – согласилась хозяйка дома, продемонстрировав просто нечеловеческую выдержку и идеальное воспитание.

Наконец все отмерли. Фостен поприветствовал тестя, а леди Артисс вручил корзинку с цветами. Выразительно посмотрев на цветущий репей, она передала подношение слугам и приказала расставить цветы по вазам. Когда мы двинулись в гостиную, я тихо пробормотала мужу:

– Не отдавай вино. Вряд ли я переживу этот день на трезвую голову.

Прихлебывая черный чай, я ждала, кто первым задаст вопрос, почему дочь перестала походить на собственный портрет. Светская беседа не клеилась. Темы погоды, горного воздуха и красот замка Рокнест закончились с молниеносной скоростью. В возникшей паузе глава семьи сломался. Пронзив меня тяжелым взглядом, он все-таки рубанул:

– Ивонна, что ты с собой сделала?

– Дорогой… – Леди Артисс многозначительно подняла брови. – Наша дочь боролась с тяжелой болезнью!

– Не знаю такой болезни, которая меняет человека до неузнаваемости, – справедливо заметил он.

– Ваша дочь искупалась в озере, – невозмутимо пояснил Фостен и изящно прихлебнул чай.

– Озеро настолько грязное? – буркнул Артисс, намекнув, что я не превратилась из солнечной блондинки в яркую брюнетку, а просто сильно запачкалась.

– Магическое, – ответила я.

– То есть отмыться она не сможет? – вновь обратился отец Ивонны к зятю, проигнорировав мое присутствие.

– Исключено, – согласился тот.

– Ивонна, ты же не умеешь плавать! – охнула леди Артисс.

– Поэтому купались мы вместе, – хмыкнул Фостен.

Через некоторое время мужчины уединились в кабинете, а я поднялась в старую комнату Ивонны. К этому времени Раиса успела разобрать скудный багаж, развесить одежду на плечики и понеслась в людскую здороваться со старыми приятельницами. О своих планах она выпалила, когда мы столкнулись в дверях.