Книга С приветом из другого мира!, страница 76 – Марина Ефиминюк

Он ждал ответа, кто я. Неизбежный момент признаний настал.

– Я проснулась в теле Ивонны Артисс, когда ее отпевали, – спокойно произнесла я. – Сначала не поняла, что происходит, разобралась и приняла действительность. Никаких стадий принятия. На них не было времени. Поверь, я не демон, как сначала решили в доме Артиссов.

– Это я вижу, – согласился Фостен. Казалось, его ладони на моих плечах были такими горячими, что жар проникал через ткань платья. – Откуда ты?

– Из другого мира, – уронила я.

Уголок его рта дернулся в усмешке.

– Чужеземка?

– Тебя это не удивляет? – усмехнулась я, не понимая, почему, оказавшись в другом мире, сама по-прежнему удивляюсь этому факту. – В моем мире нет магии. Он отличается от вашего. Здесь как будто увязли в нашем прошлом.

– Сколько тебе лет? – продолжал он допрос.

– Двадцать восемь.

– И как твое настоящее имя, чужеземка? – наконец спросил Фостен.

– Мария Александровна Новикова, – не пытаясь сдержать улыбку и смакуя каждый звук собственного имени, назвалась я. Произнести его вслух оказалось большим наслаждением.

Возникла странная пауза.

– Кхм… – Фостен в отражении озадаченно поднял одну бровь.

Учитывая, что в зеркале он выглядел мрачным киношным вампиром, разве что длинных клыков не хватало, жест показался комичным. Словно чудовище смотрит на жертву и не понимает, с какой стороны подойти, чтобы ее вкусно съесть, а жертва все время болтает и отвлекает от размышлений.

– Что тебе не нравится? – искренне возмутилась я.

– У всех такие длинные имена?

– Маша.

Фостен отпустил мои плечи и теперь эту самую бровь почесал.

– И неблагозвучные, – выдал он.

Ранил в самое сердце! У самого, можно подумать, не имя, а симфония.

Я повернулась к нему лицом. Без магического зеркала муж выглядел обыкновенно: привлекательный мужчина чуть старше тридцати. Светлые глаза, платиновые волосы, двухдневная небритость. Под глазами лежали глубокие тени, словно он много дней спал по малу часов. Ничего демонического.

Тем удивительнее, что в заколдованном зеркале по-прежнему отражались другие мы. Казалось, сейчас эти люди заживут собственной жизнью и перестанут повторять наши движения.

– Мария, – сделала я очередную попытку и предложила: – Мэри?

– Я буду называть тебя Мэйри, – мягко предложил он.

Пусть называет как душа желает, лишь бы сейчас не вспомнил, что женился не на залетной Марии Новиковой из другого мира, а на дочери местных аристократов, и не попросил меня с вещами на выход. Я так вещами и планами обросла, что категорически на выход не желаю! У меня уже слуги, между прочим, появились и приличный повар. Даже два.

– Мэйри, – казалось, Фостену нравится произносить это новое придуманное имя куда как больше, чем имя Ивонна, – покажешь, где находится твой мир?

– Как понимаешь, я не могу ткнуть в него пальцем на карте.

– Полагаю, что можешь.

Фостен потянулся к зеркалу, чтобы, должно быть, погасить заклятие. Я невольно бросила последний взгляд на свое настоящее лицо, но по гладкой поверхности пробежала заметная невооруженным глазом волна, исказив отражение. Магия потухла, и зеркало стало мутным, словно темное колдовство его сильно состарило.

– Идем, – позвал муж.

Озаряя путь горящими в канделябре свечами, мы двинулись в сторону его кабинета. В голову пришла почти безумная мысль, что сейчас Фостен приведет меня к той самой тайной двери. Прямо из темного Рокнеста мы шагнем в мир без магии, раскрашенный электрическими огнями, круглые сутки наполненный шумом… Однако мы просто зашли в двери кабинета. В темноте едва-едва, почти затухая, мерцали вырезанные на дверцах шкафов символы, отдаленно похожие на иероглифы. В этих магических сейфах скреблось, постанывало и шепталось неведомое зло.