Книга Берегись, дракон! Или беременные будни попаданки, страница 50 – Вернэлия Хайд

Он кивнул на мой живот, и я замерла, чувствуя, как искры двойняшек закружились под кожей, а кулон пылал, как будто соглашаясь с ним. Я открыла рот, но слова застряли.

— Рейн, — начала я, голос дрожал, как у первокурсницыперед экзаменом, — я не готова. Я плачу из-за пирогов, поджигаю всё вокруг, а ты хочешь, чтобы я правила империей?

Он рассмеялся, его магия окутала меня, как тёплое одеяло, и я почувствовала, как двойняшки откликнулись, их искры танцевали, как звёзды. Рейн наклонился ближе, его губы почти коснулись моего уха, и он прошептал:

— Ты — огонь, Аделин. Мой огонь. И я хочу гореть рядом с тобой, даже если ты подожжёшь весь дворец.

Я фыркнула, но щёки пылали, и не только от магии. Его слова были как заклинание, тёплое и опасное, и я почувствовала, как моё сердце сдаётся. Но, конечно, я не могла просто так согласиться — не в моём стиле.

— Не зазнавайся, дракон, — буркнула я, теребя кулон. — И мне нужны зачарованные туфли для свадьбы. Платья — отстой.

Рейн расхохотался, его смех был как раскаты грома, и он потянул меня за руку, выводя в сад академии. Зачарованные розы мерцали, как огоньки, их лепестки искрили магией, а воздух был пропитан ароматом леса и драконьего дыма. Рейн щёлкнул пальцами, и его магия вспыхнула, создавая парящие огненные цветы, которые складывались в силуэт дракона, а затем в крылья из света, мерцающие, как закат. Я ахнула, чувствуя, как двойняшки откликнулись, их магия закружилась, и искры заплясали вокруг нас, как фейерверк.

— Аделин, — сказал Рейн, опускаясь на одно колено, его глаза сияли ярче звёзд Катрин. — Будь моей женой. Защити наших малышей со мной. И да, я найду тебе сапоги.

Я фыркнула, но слёзы жгли глаза — капризы или что-то большее? Я сжала кулон, чувствуя его тепло, и буркнула:

— Ладно, дракон. Но если в платье будут рюши, я разведусь с тобой на следующий день после свадьбы.

Рейн рассмеялся, вставая и обнимая меня. Его губы коснулись моих, Двойняшки откликнулись, их магия танцевала, как будто аплодируя, и я прижалась к нему, чувствуя тепло — его, моё, их.

Вернувшись в комнату, я застала Катрин и Мишель, которые ворвались в комнату с подносом зачарованных пирогов и кувшином травяного чая, пахнущего лесом. Мишель, с её рыжими кудрями и ветряной магией, швырнула мне зачарованный цветок, который закружился в воздухе, прежде чем я поймала его, чуть не поджигая.

— Детка, ты серьёзно? — хихикнула она, её глаза сверкали озорством. — Жена наследника? Селеста сдохнет от зависти, когда узнает, что ты будешь императрицей!

— Императрица? — буркнула я. — Миш, мои хотелки меняются каждые десять секунд, а тут императрицей.

Мишель расхохоталась, поправляя волосы

Катрин, сидя у стола, улыбнулась, её звёздная магия мерцала, создавая узор в виде дракона над подносом.

— Мы сделаем свадьбу магической, — сказала она, её голос был мягким, но тёплым. — Но, Аделин, никаких рюшей, обещаю. И я попробую зачаровать мёд со звёздной пылью.

Я фыркнула, но ком в горле таял. Эти две неугомонные бестиии — мои крылья, и их поддержка была как заклинание, снимающее тяжесть. Но тут дверь распахнулась, и вошёл Кайрен, его эльфийская магия мерцала, как лунный свет, а серебристые волосы сияли, как будто он только что вышел из звёздного леса. Он кивнул Катрин, его рука коснулась её плеча, направляя её магию, и она покраснела, её звёзды вспыхнули ярче, чуть не задев потолок.