Книга Красота требует средств, страница 85 – Галина Балычева

Мы-то сначала подумали, что, может быть, он опять напился и поэтому выглядит так непрезентабельно. Но зачем он тогда в чужую постель залез? Уж коли напился, так сидел бы себе дома, в своей кровати. Вернее, лежал бы...

Но когда Морис приложил пальцы к Пьеровой шее, чтобы нащупать там пульс, и ничего не нащупал, стало понятно, что дело принимает серьезный оборот.

Морис сначала в растерянности замер над телом своего кузена, очевидно, не желая верить собственным глазам, но потом очнулся и стал теребить Пьера и требовать, чтобы тот пришел в себя и открыл глаза.

Однако Пьер при этом даже не пошевелился. Да и как он мог пошевелиться, когда у него все лицо уже было синее? С таким лицом редко кто в себя приходит. Все говорило за то, что у Пьера обширный инфаркт миокарда. Впрочем, я не врач и вполне могла ошибаться.

Морис поднял на Ленку испуганные глаза.

— Кажется, он умер, — чуть слышно произнес он.

Та стояла возле стены с побелевшим лицом и прерывисто дышала. Уже второй раз за вечер ей сообщали, что ее муж умер, и она, судя по всему, уже не знала, верить ей в это или нет.

А что тут, собственно, знать? Самой надо посмотреть. В конце концов врач она или кто?

И Ленка тоже вспомнила, что она врач.

— «Скорую», быстро! — заорала она не своим голосом. — Где тут у вас телефон?

Правда, сама она к телефону не бросилась, а подскочила к кровати и, сорвав с Пьера одеяло (нам при этом пришлось стыдливо отвернуться), стала делать ему искусственное дыхание.

Она ритмично с усилием надавливала ему на грудную клетку, а подскочивший к ней Эдька вдувал ему в рот воздух. Потом, когда Ленка устала и они поменялись местами, уже Эдька давил Пьеру на грудь, а Ленка вдувала воздух. Потом Ленку сменил Морис.Потом приехала «скорая» и констатировала факт смерти.

К сожалению, все манипуляции по оживлению Пьера были напрасны. Он умер сразу от разрыва сердца прямо на теле своей возлюбленной. И пока та орала от ужаса, пока мы выясняли, почему она орет, пока вызывали «скорую», прошло не менее получаса.

Короче, к тому времени, когда приехали врачи, мозг Пьера уже умер. И если с помощью современных медицинских прибамбасов сердце еще можно было «завести», то мозг уже нет.

Когда врач, осмотрев пациента, сообщил, что тот умер, все гости, толпившиеся в комнате и в коридоре, сначала дружно ахнули, а потом началась толкучка.

Те гости, которые находились в комнате, пытались выскочить из нее в коридор, а те, которые толпились в коридоре, хотели протиснуться в комнату и самолично убедиться в смерти Пьера. Зачем им это было нужно, не понятно. Но что тут скажешь? Люди есть люди.

Морис совершенно растерялся. Он метался между гостями, размахивая руками и не зная, что предпринять.

— Господа, господа! — повторял он одно и то же. — Успокойтесь, господа!

Не давая никому приблизиться к мертвому телу Пьера, Морис предостерегающе раскинул в стороны руки и начал теснить всех в коридор.

— Господа, прошу вас выйти. Ну пожалуйста, господа!

Господа наконец вняли просьбе хозяина и покинули помещение. Одна только Люсиль продолжала стоять в углу неподалеку от кровати и всхлипывать. Ей уходить было некуда. Это была ее спальня.

— Господи, что сейчас начнется?! — схватился за голову Морис. — Понаедут полицейские, начнут всех допрашивать, всю ночь спать не дадут... Какой ужас!