Книга Призраки Дарвина, страница 136 – Ариэль Дорфман

Это была будка киномеханика, выходившая в зрительный зал. Там с журналом «Хастлер» в руках сидел толстопузый афроамериканец, слишком крупный для такого маленького пространства, тем более сейчас, когда внутрь протиснулись мы с Виггинсом.

— Наконец-то! Почетный гость! — сказал он, оставив журнал открытым на развороте с фотографиями двух обнаженных красоток.

— Я энсин[12]Стивен Хэнсон, но все меня зовут Гадкий Стив, я отвечаю за то, чтобы вы хорошо выглядели в свете прожекторов и камер и все такое прочее, можете звать меня просто Стивом.

Я сказал, что предпочту обращаться к нему «энсин Хэнсон». Он самодовольно пожал плечами и предложил мне устраиваться поудобнее; не хочу ли я полистать какие-то журнальчики, у него тут завалялись номера «Связанная с кляпом» и «Трах», а если я предпочитаю более изысканные блюда, есть парочка «Плейбоев». Я отказался, меня больше интересовал зал: сто мест, двадцать с небольшим заняты мужчинами в костюмах, за трибуной в полутени светился гигантский экран. Стены были незаметны во тьме и скрыты занавесками.

Я видел, как адмирал Пибоди привел мою жену в зал. Они остановились перед собравшимися, и он представил их одного за другим. Кэм казалась спокойной, расслабленной, она была единственной женщиной в комнате, кокетничала, шутила. Я почувствовал прилив ревности, но она посмотрела в мою сторону, догадавшись, где я, а затем подарила мне легкий взмах руки и одними губами произнесла: «Доверься мне, все будет хорошо». Потом снова повернулась к какому-то гладенькому тупице с серебристыми волосами и в круглых очечках, наверняка это какой-нибудь представитель консультативного совета Национального университета обороны или какой-то еще ерунды.

Кэм и Пибоди некоторое время стояли, болтая с другими зрителями, пока свет не погас. Собравшиеся заняли свои места бок о бок, выжидающе глядя на подиум, где яркий луч света возвестил о прибытии Эрнеста Дауни — эффектное появление обеспечил Гадкий Стив, который тыкал кнопки, практически не отвлекаясь от фотографии миниатюрной азиатки с неприкрытым лобком и пышной грудью.

— Друзья мои, — обратился к зрительному залу Дауни, — мы собрались, чтобы отпраздновать прорыв для всего мира. Благодаря вашей поддержке и организациям, которые вы представляете, мы собираемся отправиться в увлекательное путешествие, которое станет настоящей революцией в вопросах того, как мы понимаем и воспроизводим наши тела и нашу историю, как мы практикуем биомедицину, какую избираем военную тактику, помогая избежать потенциального апокалипсиса. Расшифровка визуальных воспоминаний, встроенных в нашу генетическую структуру, позволит нам восстановить прошлое, очевидно потерянное навсегда, с огромными коммерческими преимуществами, а также возымеет эффект и для нашей национальной безопасности. Вы были достаточно откровенны, чтобы в свое время признать, что все еще испытываете скептицизм в отношении этого предприятия. Сегодня эти давние сомнения развеются.

Меня поразило, насколько невозмутимо и рационально звучали слова Дауни. Дикое безумие нашего трансконтинентального ночного перелета, казалось, иссякло, истощив мои несчастные уши. Да, я был ошеломлен и, несмотря на заверения Кэм, опасался, что именно со мной будут делать во время предстоящих экспериментов, но сейчас не мог не погрузиться в безмятежный водоворот его аргументов, убежденности, с которой он произносил свою речь. Я посмотрел на лицо жены, чтобы убедиться, что она так же загипнотизирована, но ее левая нога нервно постукивала по полу, верный признак того, что мысли витают в другом месте. О чем она могла думать? Что замышляла? Какую стратегию выстраивала?