Книга Дела Тайной канцелярии, страница 139 – Виктор Фламмер (Дашкевич)

Фамильяр. Сын перехватил управление фамильяром, подчинив его себе.

– Как ты посмел?.. – выдохнул он в лицо Аркадию.

– Я ничего не делал, – замотал головой тот, – это произошло само по себе.

Что же… может быть, этот ненормальный и не врал. Судя по фото, он проделывал свои отвратительные опыты уже не в первый раз. Чтобы скрыть их от отца и матери, однозначно приходилось давать Анонимусу немало своей крови.

Но все равно… перехватить управление даже без обряда…

– Отпусти, – еще раз приказал Филипп Артемьевич Анонимусу, и тот, к его удивлению, послушался. Но, шагнув вперед, встал между бывшим хозяином и Аркадием.

Филипп Артемьевич, не глядя более на участников отвратительной сцены, вышел из комнаты. То, что произошло, отдавало настоящей катастрофой. Если колдун и спал ночью, то урывками и совершенно этого не помнил. Но к утру решение было принято, и озвучил его Филипп Артемьевич прямо за завтраком:

– Завтра с утра, Аркадий, ты возвращаешься в Академию.

– Но, отец! – запротестовал сын. – Вы даже не выслушали меня! Не хочу я никуда уезжать, это мой дом!

– Пока еще это мой дом, – жестко сказал Филипп Артемьевич и покосился на Анонимуса. Тот невозмутимой статуей стоял с подносом возле стола. Филипп Артемьевич был очень зол на фамильяра. Но с ним вопрос он решит позже.

– Филипп? – Супруга отложила столовые приборы и посмотрела недоуменно. – Филипп, что происходит? Аркаша никуда не поедет, у него каникулы, он должен отдохнуть перед экзаменами!

– Отдохнет в Академии. И там же будет… учиться, – сделал Филипп Артемьевич нарочно паузу и перевел взгляд с жены на сына. – Ты понял?

– Понял, – буркнул тот и уставился в тарелку. Филипп Артемьевич ожидал, что Аркадий будет спорить, но тот молча доел завтрак и вышел из столовой.

– Филипп, вы мне объясните, что случилось? Аркаша в чем-то провинился? – Супруга его в покое оставлять не собиралась.

– Это колдовские дела, – отрезал он, – вам незачем о них знать.

Галина Игнатьевна, провожая сына, не проронила ни слезинки, но было заметно, как ей тяжело расставаться с Аркадием. Мать скучала по сыну еще с Рождества. Филиппу Артемьевичу стало жаль ее, но и супруга заслуживала урока – именно оттого, что она во всем потворствовала сыну, он и вырос таким отвратительным и избалованным. Так что наказание пойдет на пользу всем.

Но не только в качестве наказания Филипп Артемьевич отправил Аркадия из дома. Предстояло решить самый важный вопрос.

– Анонимус, – позвал он фамильяра, – приготовь все в комнате вызовов к обряду овладения.

– Вы хотите повторно привязать меня, ваше сиятельство? – осведомился фамильяр.

– Что это ты такой разговорчивый стал? Какое тебе дело?

– Прошу прощения, ваше сиятельство. Но я должен вас предупредить, что, скорее всего, ничего не выйдет. Ваш сын сильнее вас. И наша связь очень крепкая, ее будет очень тяжело…

– Замолчи, – рявкнул Филипп Артемьевич и добавил уже спокойнее: – Это мы еще посмотрим… посмотрим. Немедленно подготовь все и принеси плеть. Понял?

– Да, ваше сиятельство. – Черт поклонился и исчез.

А Филипп Артемьевич отправился в курительную комнату. Пропустив бокал коньяка, он спустился по лестнице.

Фамильяр стоял посреди комнаты вызовов, держа плеть в руке. На печи шипела кювета с кипящими приборами.