Книга Императорский Див, страница 155 – Виктор Фламмер (Дашкевич)

И вдруг понял, что находится на мосту. На Дворцовом мосту. Ухватившись рукой за перила, он наклонился и стал смотреть на несущуюся внизу холодную свинцовую воду. И ему казалось, что он сам несется куда-то вместе с ней, плывет, и волны качают его.

— Так, спокойно, — снова где-то раздался голос Виктора, и он ощутил, что его подхватили под руки и куда-то ведут.

— Помогите мне, Сергей, — голос доносился из далекой темноты, — давайте отвезем его домой.

— Может, лучше в больницу?

— А может, и в больницу…

Больше он не слышал ничего.

Шторы были плотно задернуты, но один чересчур настырный лучик света все равно пробивался внутрь. Аверин накрыл лицо углом одеяла и перевернулся на другой бок. Желания вставать не было. Даже затем, чтобы поправить шторы. Он полежал, глядя на стену, но понял, что встать все же придется. Организм требовал своего. Откинув одеяло, он босиком пошлепал в уборную. Вернулся, сел на кровать и принялся смотреть на щель между шторами.

— Спит еще? — тихо спросили за дверью.

— Нет, ваше сиятельство, он уже проснулся и вставал. Я собираюсь подать ему завтрак.

— Скорее уж обед…

Это его брат. А второй голос…

Аверин слегка поморщился, как будто в носу что-то защекотало. Это Анонимус, див. Он почти все время дежурит под дверью. Аверин не знал, сколько уже находится в поместье. Сначала он просто лежал, и не было сил даже встать, потом силы появились, но желания так и не возникло. Ему приносили еду, и он послушно ел. Потом его стали выводить в парк гулять. Он сидел в беседке и смотрел на фонтан, окна дома или облака, в зависимости от того, в какую сторону оказалось развернуто кресло. Иногда с ним разговаривали, и он что-то отвечал.

— Как думаешь, к нему можно зайти?

— Думаю, вполне. С ним нужно разговаривать как ни в чем не бывало. Он достаточно окреп физически, но… — еще один голос, женский. Если он напряжется, то вспомнит, кто это. Но напрягаться не хотелось.

— Когда уже закончится эта ломка колдуна? И Анонимус. Ты говорила, у них неплохая связь. Почему не помогает?

— Без дядюшки было бы еще хуже. Но я раньше про такое только в книжках читала.

— А в твоих книжках писали… ну… от этого…

— Нет, обычно не умирают, но…

— Что?

— Можно повредиться рассудком.

— Вот чего нам точно не хватало.

Раздался стук в дверь.

Аверин ничего не сказал, он продолжал смотреть на шторы. Полоса света то тускнела, то снова начинала ярко светиться.

Облака, догадался он, это облака.

Дверь тихонько скрипнула. Зашел Василь.

— Ты как? — негромко спросил он.

— Все в порядке.

— Хочешь прогуляться?

— Зачем?

Василь ничего не ответил. Но Аверин почувствовал, что его плеча коснулась рука.

— Послушай, я понимаю, как тебе плохо. Но, может быть, стоит об этом поговорить? Мы бы выпили. Любава сказала, физически ты уже в порядке.

— Я в порядке, — снова проговорил он, — мне не плохо.

— А как тебе? Гера, как? — Брат обошел его и встал перед шторами. И наклонился. Теперь Аверин смотрел на его подбородок.

Как ему? Никак. В голове если и появлялись какие-то мысли, то вскользь и о текущем моменте. Например, он знал, что сейчас принесут еду.

Дверь открылась, и зашел Анонимус, толкая перед собой тележку.

— Прошу прощения, ваше сиятельство, я надеюсь, не помешал.

— Нет. Видишь, разговор что-то не клеится. Но я не буду уходить пока.