Книга Демон из Пустоши, страница 113 – Виктор Фламмер (Дашкевич)

— Ваше сиятельство, не сочтите за обиду, но эти дни были лучшими за последние сорок лет. Мне давно не было так… интересно. А бой с Императорским дивом, я имею в виду господина Владимира, — уточнил он, — разве я смел бы хотеть большего?

— Господин Владимир? — переспросил Аверин. — Я слышал, ты обращался к нему на «вы», и как раз хотел узнать, чем Владимир заслужил такую честь? Не может быть, чтобы ты изменил свое мнение только из-за его силы.

— Не из-за силы, — подтвердил фамильяр, — сильных дивов немало. Но в большинстве своем дивы подобны диким зверям и руководствуются лишь грубыми инстинктами. Им нужен постоянный контроль, приказы и ошейники.

— Выходит, — с интересом спросил Василь, — ты презираешь большинство своих собратьев?

Анонимус опустил глаза:

— Не презираю, но… Аркадий Филиппович — величайший человек из всех, когда-либо живших в этом мире. Но даже он говорил, что я умный и хорошо справляюсь. Для дива бороться со своими инстинктами — самое сложное, но в то же время — самое важное. И те, кто ведет такую борьбу, вызывают у меня уважение. Императорский див почуял мою кровь, его когти уже были в моем теле. И он мог победить, но не стал добиваться превосходства таким примитивным способом. Потому что у него другие, более значимые цели. Он умен, и у него отличный самоконтроль. Именно поэтому я посчитал, что он достоин своего положения.

Аверин и Василь удивленно переглянулись.

— Анонимус, — сказал Аверин, — это была прекрасная речь, даже я не сказал бы лучше.

— Не зря наш отец говорил, что ты очень умный, — добавил Василь, а потом вздохнул: — Я понимаю, тебе в моем лице достался на редкость скучный хозяин, — он поднял руку, видя, что див собирается возразить, — но терпеть осталось недолго. Подрастет Миша, и, сдается мне, веселья ты получишь с лихвой. Но это не значит, что вопрос с наградой закрыт. Ты меня знаешь, я не отступлюсь. Чего ты хочешь?

Див немного помолчал. И наконец произнес:

— Мне бы хотелось получить один час в неделю на личные нужды.

— О-о, — протянул Василь, — конечно, ты его получишь. Но мне любопытно узнать, для чего он тебе. Если не хочешь, можешь не отвечать.

— Я хочу написать книгу.

— Книгу? О чем же?

— О его сиятельстве Аркадии Филипповиче Аверине, — торжественно произнес фамильяр. — Ее высочество великая княжна Софья посетовали, что нигде не смогли найти биографии такого великого человека. Если вы дозволите, я попробую написать ее. Ведь я был рядом с вашим отцом от его первого вздоха до последнего.

«И еще немножечко после», — подумал Аверин, но вслух говорить не стал.

— Конечно, какие могут быть вопросы, — обрадовался Василь, — пиши! В любое время, когда сочтешь нужным.

— Часа в неделю вполне достаточно, — педантично повторил Анонимус.

После обеда Аверин направился готовиться к обряду. Через некоторое время к нему присоединился Анонимус. Василь обещал привести Мишу и настоял на том, чтобы присутствовать.

Аверин не возражал. Обряд несложный и неопасный.

Миша с самым серьезным видом вошел в комнату для вызовов. Он сделал несколько шагов, остановился посередине и обратился к Анонимусу настолько торжественным тоном, насколько на это вообще способен шестилетний мальчик.

— Дядюшка Анонимус, я даю слово чести, что никогда-никогда не буду тебя обижать и не заставлю делать ничего плохого! — выпалил он. Лицо мальчика покраснело от волнения.