Книга Демон из Пустоши, страница 216 – Виктор Фламмер (Дашкевич)

Что-то однозначно было не так. Этот человек уже наговорил на несколько смертных приговоров. И даже не пытался юлить и запираться. Понятно, что он гордится своими задумками и хвалится ими. Но его страх исчез, как только он понял, что его не сожрут прямо сейчас. Значит, он уверен, что сможет избежать наказания.

Внимательно наблюдая за князем, Владимир спросил:

— Меньше суток назад здесь была принесена человеческая жертва. Кровь тщательно смыта, но ее запах очень силен. Кого вы убили и кого вызвали?

Князь Кантемиров вытаращил глаза.

— Какая такая «человеческая жертва»?! Что ты пытаешься на меня повесить? — возмущенно воскликнул он. — Ты что, думаешь, что я ума лишился, в своем доме дивов первого класса вызывать?

Выглядел Кантемиров весьма удивленно. Не похоже, что он лжет.

— Митрофан! — воззрился князь на своего дива. — Ты что-то знаешь об этом?

Владимир тоже повернулся и увидел, как во взгляде Митрофана, медленно поднявшего голову, появился странный безумный блеск. Губы главного дива столичного Управления раздвинулись, обнажая клыки, и он прошипел свистящим шепотом:

— Да… хозяин.

— Что?!

Кантемиров аж подпрыгнул, пораженный ответом и произошедшей с Митрофаном метаморфозой. А Владимир внезапно ощутил холод у себя между лопатками.

«Уходим!»

Он схватил Кантемирова и рванулся к окну. Но Митрофан, сорвавшись с места перегородил ему дорогу.

— Хранилище не выдержит еще одного переноса. — Его рога качнулись из стороны в сторону.

Она тоже критически оглядела покосившееся сооружение. Серебряные плиты разъехались, перестав защищать от холода, и дрожащие на морозе колдуны из последних сил пытались заново сдвинуть их поплотнее. Трое из них выглядели особенно плохо. Девушка-чародейка суетилась, заделывая дыры в чародейской сетке.

— Ты уверен, что он не найдет нас здесь?

— Даже он не сможет взять след: мы ведь перемещались небольшой группой и по воздуху. А остальным я велел разбежаться в разные стороны и как следует поплутать, прежде чем снова встретиться в условленном месте.

— А если они не послушаются тебя? И просто разбегутся?

— Глупости. С каждым отрядом ушел командир. Да и все они отлично знают, ради чего стараются. Никто не откажется владеть прекрасным человеческим миром, вместо того чтобы прозябать в ледяной пустыне. Они не уйдут, особенно когда до победы осталось совсем немного.

— Прорыв в мир людей — еще не победа, — заметила она. — И я беспокоюсь, хорошо ли отмечены дыры со стороны Пустоши, в которые мы должны войти. Если мы ошибемся хоть на метр, то неизвестно, где вся твоя армия выйдет в мире людей. Это может случиться и в Марианской впадине.

— Не бойся. — Он слегка ударил ее по крылу и махнул лапой одному из дивов его личного отряда, помогавшего переносить Хранилище.

Тот немедленно появился рядом и склонил к земле кабанью голову с огромными клыками. Гибкое тело с длинным хвостом, однако, было совсем не кабаньим. И она задумалась, что когда-то новорожденному бесенку довелось сожрать кабана и крупного представителя семейства кошачьих. Выпали ли они из дыры рядом с ямой, где он родился, одновременно, сцепившись друг с другом, или это произошло в разное время — не важно. Все новорожденные бесята выглядят абсолютно одинаково, и каждый из них собирает будущий взрослый облик отовсюду: не только от выпавших из людского мира животных, но и от сожранных сородичей, тех, кто, в свою очередь, тоже успел кого-то сожрать. И многое зависит от везения, потому что после того, как бесенок обретет индивидуальный облик, он навсегда останется неизменным. Самое лучшее — заполучить облик крылатой химеры. У химер больше способностей. А крылья — это огромное преимущество в Пустоши. Все по-настоящему сильные дивы — это крылатые химеры.