Книга Демон из Пустоши, страница 87 – Виктор Фламмер (Дашкевич)

— Конечно, — Аверин улыбнулся. — Не обещаю «Ивана-царевича» и его серого волка, но мы с Кузей обязательно приедем.

— И своего друга Виктора позови. Я давно хотел с ним познакомиться.

— Хорошо, — Аверин попрощался с братом и сел в машину.

Алена даже не проснулась во время остановки в поместье, и это беспокоило Аверина. По словам Анны Сомовой, девочка проспала весь вечер. Могла Френкель дать ей снотворное? Необходимо сказать родителям Алены, чтобы утром отвели девочку к врачу.

Дверь квартиры Чернышевых открылась сразу же, как будто родители ждали звонка.

Увидев сонную дочь, мать вскрикнула и заключила Алену в объятия.

— Мамочка! Ты выздоровела! Почему ты плачешь? — Алена обхватила руками шею матери.

Отец семейства молча стоял в дверях, но губы его дрожали.

— Ваше сиятельство. Я не знаю, как… по гроб жизни… — наконец пробормотал он, и из его глаз хлынули слезы.

— Ничего не нужно, — ответил Аверин, — отвезите завтра девочку к врачу. Нужно удостовериться, что она в порядке, и получить заключение для уголовного дела.

— Вы поймали их? Этих ублюдков?

— Да. Теперь нужно отправить их под суд.

Утром Аверин проснулся не от звонка будильника — будильник он поставить попросту забыл, а от цоканья по полу маленьких коготков. Он вышел на звук и увидел Кузю, гипнотизирующего взглядом холодильник. Открыв дверцу, Аверин достал колбасу и отрезал большой кусок, который кот немедленно сожрал. Аверин не стал спрашивать, почему Кузя не принял облик человека. Див и раньше с удовольствием бегал в звероформе, возможно, после Пустоши ему так комфортнее.

— Сейчас половина восьмого, предлагаю устроить небольшую пробежку перед завтраком. Я тут совсем распустился без тебя.

— Мя-я! — одобрительно мявкнул Кузя, и Аверин пошел переодеваться.

Когда колдун вернулся, на кухне уже вовсю хлопотала Маргарита. Увидев кота, она всплеснула руками:

— Как же ты исхудал, Кузечка! — воскликнула она. — Тебя Володя не кормил совсем? Ух, задам же я ему, пусть только заявится!

Вдоволь потискав Кузю, она вывалила в его миску половину банки сметаны. Кот с совершенно невозмутимым видом принялся слизывать лакомство.

— А Кузьма-то убежал и не позавтракал, — посетовала она. — Неужто на учебу? Рано ведь еще.

— У него консультации, — нашелся Аверин, — и он наелся бутербродами с колбасой перед тем, как уйти.

— Ничего, я завтрак ему в комнату отнесу.

Судя по довольному урчанию Кузи, и сметана, и идея с завтраком ему очень понравились. Аверин же с удовольствием позавтракал традиционным омлетом с ветчиной, сыром и горошком, потом отправился в кабинет. В деле Алены осталось слишком много белых пятен.

Вскоре позвонил Виктор.

— У меня есть две новости, точнее — три. И одна из них плохая.

— Давайте с плохой, — вздохнул Аверин. Он предполагал, что скажет Виктор. И не ошибся.

— Баронессу Френкель пришлось отпустить. Ее дочь полностью взяла вину на себя. Сама баронесса устроила натуральный театр: плачет, зовет погибшую дочь — в общем, всеми силами изображает внезапный маразм. Екатерина Френкель настаивает на том, что все придумала и организовала сама, а девочек хотела учить в Академии за границей.

— Погодите. Какой маразм? Госпожа Френкель призналась в присутствии трех дивов. И Барик, обезьянопес, привязан к ней. Этого разве недостаточно?