Книга Демон из Пустоши, страница 88 – Виктор Фламмер (Дашкевич)

— А это и есть вторая новость. Див к ней не привязан. Точнее — он был привязан временно, но сейчас связь распалась, по крайней мере, Фетисов сделал такое заключение.

— Ого… и к кому же привязан див? Хотя… подождите! Алена! Так вот почему девочка все время хотела спать — она безумно устала. Это чародейство с дивом, которому мы стали свидетелями, отнимает у колдуна очень много сил! Ну, ведьма старая… — выругался он.

— Да, скорее всего. Див отказывается говорить, но, если вы правы, Алена может приказать ему дать показания, так?

— Так, — подтвердил Аверин. — Позвоните ее родителям. Они должны отвезти девочку к врачу и обещали помогать следствию. Дива надо немедленно отвязывать. Алене десять лет, это опасно. И как же признание баронессы?

— Очень просто. Вы сами слышали, что она несколько раз говорила разное. Это теперь называется «заговаривалась». Из-за слабости разума. Тут же появился адвокат Френкелей и, что забавно, поступил звонок «сверху».

Что ж, у барона Френкеля вполне могли быть связи в столице, и семейный адвокат не преминул ими воспользоваться.

— Представляете, мне настоятельно порекомендовали «отпустить бедную больную старушку домой до выяснения».

— Понятно… — протянул Аверин. — Так вот на что они рассчитывали, пряча девочку у Сомовой. Старая ведьма выйдет на свободу и спокойно займется своими делами.

— А Екатерина? На что рассчитывала она? И что это за дела? Мне история с Академией показалась притянутой за уши. Кажется, что они придумали ее в последний момент. Когда увидели вас, Гермес.

— Меня? А я тут при чем? — удивился Аверин.

— История семьи Метельских много раз обсуждалась по телевидению. В сильно сокращенном виде, конечно. Но про то, что старый граф участвовал в заговоре, в результате которого Императорский див вышел из-под контроля, упоминалось. Причиной предательства называли запрет его внуку учиться в Пражской Академии.

— Хм, это возможно, — согласился Аверин. — Пригласите меня, пожалуйста, когда будете допрашивать Барика.

— Хорошо. Как только договорюсь с родителями Алены, я вам перезвоню.

Аверин положил трубку и задумался. Думал он долго, а потом набрал номер поместья.

— Поместье графа Аверина, — услышал он голос Анонимуса.

— Позови мне Любаву, — велел он. К племяннице появилось множество вопросов.

— После обеда поедем в участок допрашивать Барика, — сообщил Аверин Кузе, когда тот «вернулся с консультаций» и они сели за стол.

— Ага, — обрадовался див, — а можно я допрошу? Мне понравилось, как пугает Владимир. Тоже так хочу!

— Нет, Кузя. — Аверин посмотрел на него с некоторым недоумением. — Мы никого пугать не будем. Алена попробует приказать Барику говорить, если хозяйка она — это сработает.

— А если нет?

— Если нет, я придумаю что-то другое. — Аверин взял ложку.

— Понятно. — Кузя схватил с блюда поджаренный хлеб, подумал, положил на него сыр, ветчину и котлету сверху. И только после этого засунул в рот и заел супом.

Опустошив тарелку, он спросил:

— Гермес Аркадьевич, а что происходит между Анонимусом и Владимиром? Рядом стоять страшно, с ног сшибает.

Аверин вздохнул:

— Анонимус зол из-за того, что див, который вторгся в его «владения», да еще и пытался меня убить, теперь пришел на его территорию хозяином и командует. А Владимир не желает уступить даже чуть-чуть и только добавляет масла в огонь своими приказами.