Книга Крупа бывает разная, страница 18 – Виктор Фламмер (Дашкевич)

— Испек? — удивился Афанасий, садясь на кровати и потягиваясь. — Откуда знаешь, как его печь? Булочник говорил, что это огромный секрет. Ох… Только не говори мне….

— Не жрал я его, — черт едва заметно улыбнулся, — просто подсматривал. Потом тренировался. А сыр и померанцы с собой специально взял.

— Хм… это в честь чего такое рвение? — поинтересовался Афанасий.

— Так именины у вас сегодня, хозяин, — черт с одеянием колдуна в руках подошел к кровати и опустился на колени.

— И точно… — Афанасий потрепал его по голове, — откуда знаешь?

— Так читал же ваши бумаги, там написано.

— А-а, научил, на свою голову. Ладно, давай, вставай.

Одевшись, Афанасий вышел на крыльцо.

— Эх, красота… — прищелкнул языком он, — солнышко светит, птички поют. А раз именины у меня, так и не пойду сегодня к вдове. Буду отдыхать, как велел его сиятельство. Седлай коня, Владимир. Поедем на Светлое, рыбки половим. Но прежде смотайся в кабак, возьми водки хорошей, пару штофов. Отдыхать значит… а что, и отдохнем.

Отпустить его на недельку на отдых Афанасий просился давно. Но то ли забывали о нем постоянно, то ли и правда никак без него и его черта Тайной Канцелярии было не обойтись. И тут внезапно третьего дня велели прийти в кабинет его сиятельства.

— Вот что, Афанасий, — услышал он, когда зашел, — тут такое дело. Ты ж давно отпуск просил. В деревню, порыбачить, а? — его сиятельство подмигнул, и Афанасий сразу понял, что упомянутое дело — нечистое. И не ошибся.

— Ну… хотел, ваше сиятельство, — осторожно сказал он.

— Ну так вот. Как раз тебе и радость. Помнишь, два года тому назад ушел в отставку наш старший колдун Стрельников?

— Да как не помнить? — усмехнулся Афанасий. Стрельников, хоть и службу знал, не придерешься, но нрав имел скверный, подчиненных ругал матерно, а то и руку поднимал. Черт при нем был — вышколенный, молчаливый и безукоризненно вежливый. Его личный черт, не казенный. А на смену Стрельникову пришел Попов, которого Афанасий самолично две недели назад поймал на крупной взятке.

— С чертом он ведь своим служил? — решил все же уточнить Афанасий.

— Да. Так вот в том и дело. Намедни явился его черт ко мне в кабинет. И передал послание:

«Помогите, ваше сиятельство, убивают меня». Я было хотел допросить его — да он внезапно исчез, как померещился. Я даже глаза протер. Съезди, Афанасий, проверь, как там старик. Заодно и отдохнешь, в деревне. Места там красивые, закачаешься. Речка, озеро Светлое, вода как стекло, чистая-чистая, — граф закатил глаза, — олени, кабаны. Да даже на медведя можешь сходить, коли захочешь.

«Хорошенький отдых», — вздохнул про себя Афанасий, а вслух сказал:

— А будет ли мне рад господин Стрельников, если он еще жив? А что, если он, прости Господи, и правда помер? Поэтому и черт так быстро сбежал. Господин Стрельников отца давно схоронил, а других родственников у него, насколько помню, не было. Ваш-то черт, небось, поблизости был? А то ведь и до беды недалеко.

— Ох ты, Господь миловал, да, за дверью, — граф перекрестился, только сейчас поняв, какой опасности избежал. — А ты прав, Афанасий, не было детей у Стрельникова, померла его супруга бездетной. А черт-то у него сильный… — граф снова перекрестился. А Афанасий окончательно приуныл. Ему опять выдали довольно опасное и гнилое дело.