Книга Сердце шторма, страница 182 – Рая Арран, Виктор Фламмер (Дашкевич)

«Еще печенье!» — ее голос звучал громче и резче менторского, будто она даже по-человечески пыталась тявкать, а не говорить. Алеша протянул ей всю пачку, и лиса, облизнувшись, засунула в нее голову по самые уши.

«Как людям важен вопрос доверия, да? — снова замурлыкал Педру. — Она ведь тоже вас съест и не подавится, а вы подпускаете ее к своей шее. А меня обходите стороной. Почему так?»

«Сара мой друг».

«Это трогательный ответ, сеньор Перов, но неправильный, — Лев лениво приоткрыл один глаз и посмотрел на ученика. — Правильный ответ будет звучать так: Сара див второго класса, довольно низкого уровня, она еще не может трактовать приказы в свою пользу, обходить их и хитростью использовать колдунов для своей выгоды. А я могу». — Глаз лукаво сверкнул лиловым светом и закрылся.

Какое-то время Алеша понаблюдал за львом, а потом обратился к Саре. Лиса подняла на колдуна любопытные черные глазки.

«Присматривай за Верой и Мишей, хорошо?»

Лиса согласно уткнулась носом ему в ладонь.

«Дежавю…» — подумал Алеша, глядя на кошачью морду, торчащую между девичьих пальцев.

— Алиса, ты же помнишь, что тискаешь дива, а не домашнего кота?

— Конечно, — сказала Алиса и выпустила из рук Руслана. Кот бросил на Алешу недовольный взгляд, запрыгнул на стол и попытался стащить у Людмилы кусок шоколада, но получил от нее по уху.

«А ты почему это терпишь?» — спросил колдун Руслана из праздного любопытства. Тот лизнул грудь.

«Как почему? Они же меня кормят. И гладят. И умиляются, и сила приятно ощущается на шерсти. Думаешь, если я див, мне эмоции чужды?»

«Если бы я так думал, не спрашивал бы».

«Вот и не думай», — вступила в разговор Людмила, растекаясь в объятиях колдуньи.

«Коты и есть коты, — усмехнулся Алеша, — а ведь двенадцатый уровень. Вы хотели бы перейти в первый класс?»

Руслан пошевелил ушами.

«Ну… все хотят стать сильнее. И я ведь тогда бы мог с людьми разговаривать…»

«И что бы ты сказал, — засмеялась Людмила, — принесите еще конфет?»

«Ты меня недооцениваешь, вот, например, этой молодой колдунье, — кот прошел по столу, размахивая длинным хвостом и потянул носом воздух, — я бы сказал «Не следуй за белым кроликом…» — голос дива зазвучал таинственно и трагично, — а потом превратился бы в кролика и ждал в саду. Она бы весь день потом за мной бегала».

«А я говорила Петровичу, что тебе нельзя книги давать, а он все отмахивался, мол не колдовские же…»

«А сама-то, — обиделся Руслан, — только дай волю над студентами посмеяться, стихи с полок зачитывая. — Он сел на задние лапы и поднял передние: «Ах, надо мною, кроме твоего взгляда, не властно лезвие ни одного ножа…»

Людмила зашипела и спрыгнула с рук Алисы.

— Ой, чего это она?

— На Руслана обиделась, дай еще одну конфету, успокоится.

«Я, между прочим, утонченная натура, я за конфеты не продамся. А с начинкой есть?»

— С начинкой дай.

Алиса протянула обиженной кошке конфету, а Руслан, склонившись к скамейке, лизнул Людмилу по уху.

— Я тебе так завидую, интересно, наверное, все понимать?

— Когда как. Но очень полезно, конечно. В Коимбрепригодится этот навык.

— Ты все-таки решил ехать?

— Надо.

Алеша вытащил из книги несколько писем. Вера писала часто, много спрашивала про Академию и дивов, про здоровье и планы Алеши, очень обрадовалась его желанию приехать и обещала заранее похлопотать о комнате, чтобы не нужно было в первый день бегать и решать насущные вопросы. Но кое-что Алешу смущало. Странная незримая перемена в слоге, в эмоциях, в рассказах о солнечной Португалии. Все больше Вера писала об океане, о своих растущих силах и о менторе. И хотя ее восхищение было направлено скорее на сам факт обучения и красоту атлантических побережий, что-то не давало покоя, как выпавший из картины кусочек пазла.