Книга Сердце шторма, страница 272 – Рая Арран, Виктор Фламмер (Дашкевич)

Стоит ли остановиться? Отказаться. Найти иной способ «развязать» их? А смысл? Если уже ясно, что ломка и так ударит в полную силу, и не факт, что девочка справится.

Педру поднял голову, позволил дождевым каплям бить по лицу — это смягчило воспоминания о жуткой боли, которою Вера уже пережила из-за него. Чего ей стоило не напоминать, не упрекать, а продолжать работу? Почему они так и не поговорили? Может, потому что и так знают ответы. И не хотят лишний раз о них думать? И терять не хотят.

Успокаивало только то, что отдавать приказы Вера по-прежнему не могла, а значит, кроме влияния эмоционального, эта связь мало чем грозила. Пока что. Но уже была… чем-то особенным и ценным. А время безвозвратно уходило.

Как и возможность проявить хоть немного искренности. С тех пор как их стало трое, Педру казалось, что сломалось что-то невидимое и неуловимое. Что-то, чего никогда и не должно было существовать.

Когда ментор уроками и увещеваниями заманивал Алексея Перова в Коимбру, он откровенно рассчитывал, что молодой колдун в своей благородной и немного чрезмерной заботе о подруге отгородит Веру от опасных эмоций. Увы, Алексею пришлось на год отложить поездку, а когда он все же приехал, оказался посвящен в некоторые тайны и сам, добровольно и осознанно, стал голосом разума за плечом влюбленной колдуньи… к этому моменту уже ни Педру, ни Вера не могли по достоинству оценить поступок Алексея и порадоваться его присутствию. Но отказываться от помощи и новых возможностей было глупо, это понимали все, и последние несколько месяцев в лаборатории шло активное сравнение двух уникальных случаев раздвоенной связи.

Педру искал. Пытался понять, где же эта неучтенная единица, недостающее звено, упущенный фактор, что позволяет шагнуть из подчинения в согласие, из послушания в единство. Найти и поставить на службу Академии. Своей нынешней «семье». Не такая уж великая разница. Все те же юные колдуны и мудрые наставники, приоритеты на защиту и сильный глава. И так ли важно, что чувствует Педру только короля, если у них сильная связь и общее дело. А будь у него возможность взращивать единство, никто не посмел бы даже думать о том, чтобы ставить ректором какого-то чужака.

В стремительно меняющемся мире, забывающем традиции и вековые устои, подобныйякорь, который позволит сохранить стабильность и преемственность хотя бы в стенах Академии, был необходим. А значит, и риск оправдан. И жертвы тоже…

Как же холодно.

Педру поежился, но расправил крылья, взлетая повыше.

Пустошь встретила его пустотой и однообразным пейзажем. Немного покружив над закрывшимся коридором, Педру дождался появления ямы и своими глазами увидел новорожденных бесят. Бесята, почувствовав Педру, постарались снова закопаться в лед. Отлетев на приличное расстояние, он понаблюдал издалека за первой схваткой, потом вернулся, подхватил лапой выжившего и потащил к станции.

У него не было конкретной научной цели. Короткая экскурсия, чтобы проверить, как обустроились люди и бештаферы. Основная задача — уйти и вернуться, не потеряв ни тела, ни связи с хозяином. И Педру понимал, что прекрасно справится. Ошейник, подаренный Френкель, подпитывал силой, напоминая о земном тепле, а образ дона Криштиану, оставшегося на той стороне коридора, постоянно всплывал перед глазами. Только отсутствие эмоционального фона было непривычным. Педру знал, что король волнуется, но совершенно этого не ощущал.